Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
среда, 28 июня 2017
среда, 28 июня 2017

Лермонтов, Гальперин в зале Корто| Lermontov et Youli Galpérine à la salle Cortot

Мария КРАСНИКОВА 0:56, 14 декабря 2014Зарубежная РоссияРаспечатать

[lang_ru]Приятно открывать новое, особенно если это «новое» ярко и непосредственно, даже если для многих оно и не ново и немного обидно не узнать о нём раньше – год, а лучше два назад, чтобы ходить на концерты, слушать смотреть и радоваться! Вот оно признание в любви« Признаниям в любви», поскольку именно так назывался концерт Юлия Гальперина прошедший в Париже 10 декабря в уютной и элегантной зале Корто.[/lang_ru]

[lang_ru]«Русский очевидец» был на вечере.[/lang_ru]

[lang_fr]Il est agréable de découvrir quelque chose de neuf, particulièrement si cela est clairement et exactement « neuf », même si pour beaucoup cela n’est pas nouveau et qu’il est un peu déplaisant de ne pas l’avoir su auparavant – une année, et même mieux deux ans pour qu’ils puissent aller au concert, écouter, regarder et applaudir ! Ici, ce qui est neuf est une déclaration d’amour aux « Déclaration d’amours », puisque c’est précisément ainsi que s’intitulait le concert de Youli Galpérine qui s’est tenu le 10 décembre à Paris dans la salle confortable et élégante du Cortot.[/lang_fr]

[lang_fr]« L’Observateur Russe » était à la soirée.[/lang_fr]

Юлий Гальперин | Youli Galperine Photo: Henri Martin

[lang_ru]Посвященный двухсотлетию Лермонтова, концерт вышел на редкость «литературным», в чем, несомненно, заслуга четырех вокальных циклов на стихи Сологуба, Пушкина, самого Лермонтова и Юны Мориц.[/lang_ru]

[lang_ru]Многие композиторы писали романсы на стихи этих поэтов, многим знакомы «Признание» Глинки, «Пью за здравие Мэри» Даргомыжского и надо обладать мужеством и уверенностью в себе, чтоб не побоятся взяться за те же тексты, что у Юлия Гальперина вышло блестяще. Его романсы свежи и ярки, музыка нова, текст звучит так естественно, словно всегда звучал только с его музыкой (и совсем не вспоминаются его великие предшественники).[/lang_ru]

[lang_fr]Dédié aux deux cents ans de naissance de Lermontov, le concert était extraordinairement « littéraire », et sans doute était-ce le mérite de ces quatre cycles vocaux inspirés de poèmes de Sologoub, de Pouchkine, de Lermontov et d’Yunna Moritz.[/lang_fr]

[lang_fr]Beaucoup de compositeurs ont écrit des chansons sur les poèmes de ces poètes, beaucoup connaissent la « Déclaration » de Glinka, « Je bois à la santé de Marie » de Dargomyjski, il faut donc avoir du courage et de la confiance en soi pour ne pas avoir peur de se lancer sur les mêmes textes comme l’a fait brillamment Youli Galpérine. Ses chansons sont fraîches et lumineuses, la musique moderne, le texte sonne si naturellement, on dirait qu’il n’a toujours sonné qu’avec cette musique (et cela ne rappelle surtout pas ses grands prédécesseurs).[/lang_fr]

Людмила Слепнева, Рена Шерешевская (фортепиано) | L.Slepeneva et R. Shereshevskaya (piano) Photo: Henri Martin

[lang_ru]Всё началось вокальным циклом на стихи Юны Мориц (Op 17 n 1). По силе воздействия и по драматизму романсы цикла заставляют вспомнить о другом наследнике классиков русского романса Георгии Свиридове (к сожалению малоизвестном). Сложные и пронзительные стихи Мориц – «Ласточка», «Послушай птица» и др. стали не менее пронзительными, прямиком в душу идущей музыке. И к тому же, как не отметить сильное и глубокое сопрано и отменную декламацию Людмилы Слепневой (к тому же прекрасной актрисы)?[/lang_ru]

[lang_fr]Tout a commencé avec un cycle vocal sur les poèmes de Yunna Moritz (Op 17 n°1). Par la force de l’intervention et par la dramatisation du cycle de chansons d’amour, cela rappelle un autre héritier des chansons d’amours russes classiques, Gueorgui Sviridov (malheureusement peu connu). Les « Hirondelle, petite hirondelle », « Ecoute, toi, oiseau » et d’autres poèmes compliqués et émouvants de Moritz ne deviennent pas moins émouvants, touchant par la musique directement l’âme. Et d’ailleurs, comment ne pas remarquer la forte et profonde voix de soprano et la déclamation délicieuse de Ludmila Slepneva (artiste magnifique en plus) ?[/lang_fr]

Виктория Шерешевская и Рена Шерешевская (фортепиано) | V.Shereshevskaya et R. Shereshevskaya (piano) Photo: Henri Martin

[lang_ru]Другой цикл – « Реминисценции » (op 38 n 1) на стихи Сологуба, тоже в исполнении Слепневой не менее лиричен и непосредственен. И очень разнообразен. Вот музыкальный импрессионизм – в традициях Дебюсси и Равеля — «На пламенных крыльях», вот ершистый энергичный стиль начала 20 века (в традиции Прокофьева) — «Лихо», затем суровая декламация в традициях Мусоргского – «Не быть никем, не быть ничем», и снова лирика в лучших традициях Свиридова – «Сонет» др. При этом, конечно, стиль композитора ярок и индивидуален.[/lang_ru]

[lang_fr]Un autre cycle « Réminiscences » (Op 38 n°1) sur les poèmes de Sologoub, aussi exécuté par Slepneva n’est pas moins lyrique et naturel. Très diversifié. Voici l’impressionnisme musical – dans la ligne droite de Debussy et Ravel – « Sur les ailes ardentes des rêves… » dans le style énergique broussailleux du début du 20ème siècle (la tradition de Prokofiev) – « Le malheur », déclamation rigoureuse dans le style de Moussorgski – « N’être personne, n’être rien », à nouveau un style lyrique dans la meilleure tradition de Sviridov – « Sonnet » et d’autres (ces derniers dans le style brillant et personnel du compositeur).[/lang_fr]

Алекси Гальперин и Себастьен Юрто | A.Galperine et S.Hurtaud. Photo: Henri Martin

[lang_ru]Говорят, самое высшая ступень мастерства художника – это когда его творение кажется простым, ибо простота – это самое сложное в искусстве. Потому и сравниваю услышанное с творениями Свиридова, чьи романсы, песни и хоры, так внешне просты, что часто кажутся фольклором, но заставляют плакать зал своей правдивостью (ну и отчаянно сложны для исполнителя, куда без этого), Гальперин достигает того же, словно бы чувствует и слышит так же.[/lang_ru]

[lang_ru]Третий цикл – три романса на слова Лермонтова (op3 n 2), исполненные красивым меццо Викторией Шерешевской, из которых особенно запоминается вторая – «Ночевала тучка золотая», для голоса без сопровождения, словно народная песня.[/lang_ru]

[lang_fr]On dit que le plus haut niveau de maîtrise d’un artiste est atteint quand son œuvre semble simple, alors que la simplicité est ce qui est le plus difficile dans l’art. Ainsi je compare ce que j’ai entendu avec les créations de Sviridov, dont les romances, les chansons et les chorales, sont si simples qu’elles semblent souvent faire partie du folklore, mais dont la justesse contraint la salle à pleurer (pourtant très difficile pour celui qui exécute l’œuvre), Galpérine accomplit cela aussi, on dirait qu’il ressent et entend de la même façon.[/lang_fr]

[lang_fr]Le troisième cycle fut trois chansons d’amour sur des paroles de Lermontov (Op 3 n°2), exécutée par la belle mezzo Victoria Scherechevskaya, dont la plus mémorable fut la seconde « Un petit nuage doré endormi », sans accompagnements, comme les chansons populaires.[/lang_fr]

Юлий Гальперин и Владимир Чернов | Youli Galperine et Vladimir Chernov. Photo: Henri Martin

[lang_ru]Четвёртый и последний вокальный цикл – «Признание в любви» (op 15 n2) на стихи Пушкина, в исполнении самого маэстро (фортепиано) и харизматичного и веселого баритона, народного артиста России Владимира Чернова, настоящий праздник — кто лучше автора знает собственную музыку, кто сыграет её выразительнее? Глядя на композитора ещё глубже погружаешься в музыку, слыша слова текста, беззвучно произносимые им (не для подсказки, а от сопереживания!) одновременно с пением Чернова.[/lang_ru]

[lang_ru]Вот уж истинно слаженный дуэт: композитор — блестящий пианист и актёр-певец-виртуоз. Не цикл – спектакль. Ну и прекрасные строки Пушкина, конечно, чтоб уж совсем у зрителя шансов уйти равнодушным не осталось. И не просто строки–знаменитости: «Ты и Вы», «Пью за здравие Мэри», «Я вас люблю, хоть я бешусь» и т.д.[/lang_ru]

[lang_fr]Le quatrième et dernier cycle vocal fut « Déclarations d’amour » (Op 15 n°2) sur les poèmes de Pouchkine, exécuté par le maestro lui-même au piano et par le charismatique et plaisant baryton, artiste populaire de Russie, Vladimir Chernov. Ce fut une véritable célébration, qui mieux que l’auteur connaît sa musique personnelle, qui la jouera de façon plus éloquente ? Avec le compositeur, vous plongez encore plus profondément dans la musique, écoutant les mots du texte, les prononçant silencieusement en même temps que le chant de Chernov (non pour l’aider mais par empathie).[/lang_fr]

[lang_fr]Voici un duo véritablement harmonieux : le compositeur est un pianiste brillant et l’acteur est un chanteur virtuose. Ce n’est pas un cycle, mais un spectacle. Les lignes parfaites de Pouchkine, bien sûr, sont là pour enlever toutes les chances au spectateur de rester impassible. Et pas seulement les lignes célèbres : « Toi et Vous », « Je bois à la santé de Marie », « Je vous aime, même si je rage », etc. [/lang_fr]

Photo: Henri Martin

[lang_ru]Зал топал, хлопал и дарил цветы.[/lang_ru]

[lang_fr]La salle a trépigné, applaudi et offert des fleurs.[/lang_fr]

Photo: Henri Martin

[lang_ru]Однако кроме вокальных циклов на этом «литературном вечере» прозвучали и два инструментальных номера. Виолончельно-скрипичный дуэт «Испанская партия» (аллюзия на знаменитый шахматный дебют) куда «прогрессивнее» вокальных циклов — с атональной музыкой, смычковым вибрато и прочими «эффектами», которые называют общим словом «современная музыка», — это уже не Лермонтов, это уже Маяковский, с немножко истеричной скрипкой, рублеными интонациями и внезапными паузами.[/lang_ru]

[lang_ru]По словам скрипача Алекси Гальперина в этой пьесе можно услышать «время, которое течет сумбурно, но мало-помалу начинает успокаиваться»[i] (исполнители — Алекси Гальперин и Себастьен Юрто). Вторая инструментальная пьеса – фортепьянный триптих «Иерихонская роза» (по Бунину), мягкая и импрессионистическая пьеса, обволакивающая зал, исполненная «пианистом с планшетом» (вот он технический прогресс!) – Давидом Лайвели.[/lang_ru]

[lang_ru]Удивительный «русский парижанин» Юлий Гальперин – волшебник, подарил публике настоящий праздник русской поэзии и музыки.[/lang_ru]

[lang_ru]Вечер состоялся благодаря поддержке Русского центра науки и культуры (РЦНК).[/lang_ru]

[lang_ru][i] пересказ-перевод автора[/lang_ru]
[lang_fr]Mais à part les cycles vocaux à cette « soirée littéraire », résonnèrent deux numéros instrumentaux. Le duo violon-violoncelle des « Parties Espagnoles » (allusion à la célèbre ouverture d’échecs) d’où proviennent les cycles vocaux les « plus progressifs » – avec la musique atonale, le vibrato à corde frottée et les autres « effets », qu’on appelle dans la langue courante « la musique moderne » – cela n’est pas de Lermontov mais de Maïakovski, avec un violon légèrement hystérique aux intonations hachées et aux pauses brusques.[/lang_fr]

[lang_fr]Selon les mots du violoniste Alexis Galpérine dans cette pièce on peut entendre « le temps, qui coule désordonné, mais qui peu à peu se tranquillise » (les exécutants étant Alexis Galpérine et Sébastien Hurtaud). La deuxième pièce instrumentale fut le triptyque pour piano de « La Rose de Jéricho » (de Bounine), pièce douce et impressionniste, embaumant la salle, exécutée par « un pianiste avec tablette » (voilà le progrès technologique !), David Lively.[/lang_fr]

[lang_fr]Etonnamment, « le parisien russe » Youli Galpérine est un magicien qui a donné au public une véritable célébration de la poésie et musique russe.[/lang_fr]

[lang_fr]Cette soirée a bénéficié du soutien du Centre de Russie pour la Science et la Culture à Paris.[/lang_fr]