Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Menu
dimanche, 29 mars 2020
dimanche, 29 mars 2020

Японцы тоже плачут

10:20, 14 juillet 2009CulturesImprimer

В Музее современного искусства Парижа проходит выставка фотографий Анри Картье-Брессона, посвященная 100-летию со дня его рождения.

Плачущего японца, действительно, встретить непросто. Даже несмотря на то, что сегодня кошелек, сумочка или видеокамера японского туриста — главная добыча парижских карманников. И фотографию русского архитектора Мельникова, спроектировавшего не одно здание в Москве (взять, хотя бы, теперь всем известный благодаря культурологическим проектам отечественных меценатов автопарк), тоже нелегко найти, во всяком случае, во Франции.

Выставка эта, в принципе, не такая, как теперь принято делать модные фотопоказы.

par18964_sifnos1

Island of Siphnos, 1961

Дело в том, что ее провезли по Европе в 1975 году, потом Картье-Брессон, расчувствовавшись от того, что столичный музей современного искусства показал в течение двух сезонов подряд сразу две его экспозиции: одну фото- , вторую — живописную, подарил ту европейскую выставку целиком музею.

Музей вежливо поблагодарил и убрал все 73 фотографии в запасники. Там они пролежали до сегодняшнего дня, когда их, наконец, вынули, стряхнули с них пыль, отреставрировали и повесили так, как было 34 года назад. А в те далекие времена фото выставлялись без рамок и стекол, и дышать им можно было прямо в лицо. Сегодня это производит поразительный эффект. Более того, благодаря швейцарским спонсорам только для той выставки были сделаны фото больших размеров (70×90) и только в одном экземпляре. Больше нигде и ни у кого таких снимков Брессона нет. Они наклеены на обычный, теперь уже немолодой картон, слегка замусоленный по краям, и приклеены к стене. Фотограф не строчил из своей «Лейки», как из пулемета, делая сотню снимков подряд, и  никогда не ретушировал их. Если вдруг при проявке угол оказывался затемненным или края пленки пропечатывались на бумаге, он ничего не трогал и не исправлял, более того, стал специально оставлять черную рамку кадра. Теперь ощущение такое, будто вошел в документальное кино и передвигаешься в нем.

Брессон сам отбирал снимки, символизирующие сорок лет его карьеры, именно этой дате была посвящена выставка 75-го. На то время он посчитал их самыми стоящими и значительными. И вот в чем вся интрига: половины этих работ мы и видеть никогда не видели, судьба их сложилась так, что в последующие десятилетия они ушли в небытие, тогда как вторая половина снимков, наоборот, была широко растиражирована (это к вопросу что останется в веках).

par45091_sienne1

Sienna, 1933

Он много путешествовал, обожал ловить мгновения и не признавал постановочных приемов. Его любимый трюк — запечатлеть игру светотени, превратить ландшафтный или архитектурный пейзаж в строгую геометрическую структуру. Лестницы, ведущие вверх и вниз, французские парки с точной планировкой, железные дороги — на его пути любой вид принимал чертежную форму. Желаемого эффекта светотени он добивался в знойных уголках южной Италии, где женщины носили вечный траур, что, по контрасту с ярким светом, давало нужный результат. Или в еще заснеженном деревянном Иркутске, куда он ездил в 1972 году.

По тогдашнему Советскому Союзу Брессон путешествовал дважды, и французы до сих пор гордятся, что он был первым западным фотографом, которому дали визу за железный занавес. Одна из фотографий, сделанных им в Ленинграде 1973 года, заставляет дышать реже, чтобы не выдать удивления. У Петропавловской крепости, прислонившись к ее стене и спиной к зрителю, ранней весной стоит почти голый мужчина. Вместо классических отечественных черных трусов некая набедренная повязка, которая, впрочем, почти не скрывает тело. Тут же прогуливаются советские граждане в плащах и кепках. Воистину надо быть Брессоном, чтобы заметить такое в социалистическом городе застойных времен.

Еще одна преинтереснейшая фотография: визит Шарля де Голля в провинциальный город Руэрг в 1961 году. Встречать его, подбоченившись, вышли местные бабушки. Кадр их запечатлел прямо на ступеньках дома. Фотограф успел подметить то, что его больше всего интересовало в людях: мимику, жест, выражение лица. Фотография превосходная и вряд ли повторимая. Да вот только одна незадача, развеяла она миф о французской женщине. Каких-нибудь полста лет назад 60-летние француженки как две капли воды были похожи на наших бабушек- в байковых халатах, фартуках и платках на голове, в толстых хлопчатобумажных чулках.

Делал Брессон и портреты друзей и знакомых. Труднее всего ему приходилось с актерами и публичными деятелями, они всегда были начеку и моментально принимали фотогеничную позу. А ему нужен был необычный миг, личность, застигнутая врасплох. «Как с вами трудно, — признавались ему потом, — вот другие сразу говорят  куда встать и в какую сторону смотреть, и никаких проблем, а с вами никогда не знаешь, когда вы щелкнете своим ящиком». Но в этом был смысл его работы. Он долго думал, прежде чем прийти к знаменитой паре Пьеру и Марии Кюри. Наконец верный ход был найден. Он решил снимать, когда входная дверь еще только открылась после его звонка. Таких Кюри мало кто видел — грустные, усталые, незащищенные. Забавен Анри Матисс. Своего известного голубя он рисовал не просто с натуры, а крепко зажав его в руке и держа буквально перед носом.

«Око века», как называли его современники, не дремало.

До 13 сентября

Музей современного искусства

11, avenue du Président Wilson

Paris 16

Елена Якунина

Un commentaire

  1. Sveta dit :

    Шикарная статья! Жаль, что раньше не прочитала – а надо было сходить на выставку, чтобы попытаться посмотреть глазами автора статьи, повздыхать и поулыбаться вслед за ней. Полезная журналистика.

Laisser un commentaire

Votre adresse de messagerie ne sera pas publiée.

Envoyer un message
  1. (champ obligatoire)
  2. (e-mail correct)