Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
понедельник, 17 декабря 2018
понедельник, 17 декабря 2018

О чем грезили Босх и Веронезе

Елена ЯКУНИНА 0:00, 21 декабря 2013КультураРаспечатать


Если на улице яркий день в разгаре, то в первом зале музея блуждать придется почти на ощупь. Это специально. Потому что выставка посвящена снам, грезам и сновидениям. Она о полетах во сне и наяву. И запланированный мрак молниеносно настраивает на нужный лад. Особенно после столичного шумного столпотворения.

Dehors, c'est le plein jour, mais entrant dans la première salle du musée, il faut se déplacer quasiment à tâtons. C'est fait exprès. Car l'exposition est consacrée aux rêves, songes et visions. Il y est question d'envols, en rêve ou éveillé. Et l'obscurité programmée vous met dans l'ambiance en un clin d'œil. Surtout quand vous débarquez du brouhaha de la capitale.


ecole-bosch-vision-de-tondal

Школа И.Босха "Vision de Tondal", 1530| Ecole de H.Bosch Vision de Tondal, 1530 ©Museo Lazaro Galdiano. Madrid


Заявлены великие имена: Веронезе, Босх, Эль Греко. Это полностью заслуга музея Люксембурга. Его репутация никогда не вызывала сомнений у самых больших собраний мира. Музею шли навстречу и одалживали собственные шедевры, и благодаря такому доверию публика имела счастье увидеть выставки Боттичелли, Рафаэля, Тициана, Арчимбольдо, Кранаха и еще многих других гениев кисти и красок.

Нынешняя экспозиция получила картины из Флоренции, Рима, Лондона, Нью-Йорка, Берлина. Если учесть, что многие музеи одну и ту же работу отдают на сторону лишь раз в два года (по условиям консервации чаще нельзя), то можно себе представить, что значит сформировать выставку на узкую тему.


Но вернемся к свету как к важнейшему элементу концепции нынешней экспозиции. Вторая половина заслуг, после кураторов, принадлежит электрикам. Им пришлось создавать ощущение тотальных сумерек при качественном освещении каждого экспоната и наклеенной рядом таблички.

De grands noms vous attendent: Bosch, Véronèse, El Gréco. Et le mérite en revient entièrement au musée du Luxembourg. Sa réputation n'a jamais été mise en doute par les plus grands, et ils lui prêtent leurs chefs d'œuvres; ainsi le public a eu le bonheur de voir Botticelli, Raphaël, le Titien, Arcimboldo, Cranach', et bien d'autres génies de la couleur et du pinceau.

L'actuelle exposition a reçu des toiles de Florence, Rome, Londres, Berlin, New York. Si l'on considère que les musées ne peuvent prêter les toiles qu'une fois tous les deux ans (en raison des conditions de conservation), on imagine ce que veut dire de rassembler des œuvres autour d'un thème aussi limité.

Mais revenons à la lumière, élément essentiel de la conception de cette exposition. Grand merci aux commissaires de l'exposition, mais également aux éclairagistes. Ils ont eu à créer la sensation de pénombre totale, en diffusant une lumière de grande qualité sur chaque tableau et sa tablette explicative.


bordone-venus-endormie-et-cupidon

П.Бордоне "Спящая Венера и купидон" | P.Bordone Venus endormie et Cupidon. ©2013Cameraphoto/Scala, Florence-Photo Scala, Florence - courtesy of the Ministero Beni e Att.Culturali


Начало заявленной теме положила знаменитая скульптура Микеланджело «Аллегория ночи», которую он изваял для усыпальницы Юлиана Медичи во Флоренции. Художники попытались переложить образ на холсты. И передать идею ваятеля: спящий — все равно, что полуживой, его тело расслабилось и отключилось от времени. Но душа видит больше и глубже, чем днем. Тело спокойно, но дух бодрствует, поскольку ночь тиха лишь на первый взгляд.


В следующих залах темнота уже не тревожит, ведь рассказ ведется об итальянском ренессансе и его спящих красавицах. Прекрасные девы не то дремлют, не то мечтают в полузабытьи, не суть важно. Интересно, что рождается при этом в их головах? Над ними летают нагие амуры и поражают их своими стрелами. А над уснувшими юношами напротив витают полуобнаженные девы, мелькают их пышные формы и мягкие руки. Сказочно, романтично, загадочно.

La célèbre sculpture de Michel-Ange « Allégorie de la Nuit » sert d'introduction au thème. Il l'a exécutée pour le tombeau de Julian de Médicis à Florence. Les peintres ont tenté de reproduire sur toile le personnage et de transmettre l'idée du sculpteur: celui qui dort est comme encore vivant, son corps s'est abandonné, semble hors du temps. Mais l'âme, elle voit plus grand et plus profond que dans l'éveil. Le corps est paisible, mais l'esprit veille, car la nuit est calme, à première vue seulement.

Dans les salles suivantes, l'obscurité n'inquiète plus, car le récit aborde la Renaissance italienne et ses beautés endormies. De magnifiques jeunes filles, dans un semi abandon, somnolent? Rêvent? Là n'est pas l'important. Quelles pensées peuvent naitre dans leurs têtes? Des amours nus volètent au dessus de leurs têtes et les atteignent de leurs flèches. En vis à vis, des jeunes filles à moitié nues planent au dessus de jeunes gens endormis. Leurs formes somptueuses, leurs bras tendres scintillent. C'est féérique, romantique; c'est mystérieux.


A20776.jpg

Л.Караччи "Сон Святой Екатерины Александрийской", 1601 | L.Caracci Le Songe de sainte Catherine d'Alexandrie, 1601 Courtesy National Gallery of Art, Washington


Другое дело описание библейских сновидений. Екатерине Александрийской, принявшей христианство, было видение, а может, сон, в котором увидела она свое мистическое бракосочетание с Христом. И после уже никому не смогла принадлежать, даже императору Максимиану. А тот в ярости от неповиновения приказал ее пытать и обезглавить. И Людовико Каррачи под впечатлением от такой сильной и страшной судьбы написал картину «Сон Святой Екатерины Александрийской». На ней прекрасной деве скорее роскошные итальянки, нежели христианские святые, подносят божественного младенца.

Святая Елена у Веронезе грезит о Святом Кресте, на поиски которого она отправилась в Иерусалим в 326 году.

Понять и разобраться в условностях и реалиях на ренессансных полотнах непросто, требуется мыслительное напряжение. Но можно и не копаться в сути, а насладиться мощной палитрой, фактурой тканей, виртуозным изображением пухлого в ямочках тела младенца Иисуса. Умилиться Святым семейством. Сравнить уснувших Венер и чувственных купидонов.


При переходе на вторую половину экспозиции становится ясно, что северную и южную Европу разделяют не горы, а моря и океаны. Благородные дамы и святые остаются в прошлом. Вместе с Босхом в зал врывается безумие. Никакого чувства меры или обыкновенной жалости к публике нет и в помине. Кошмары нарастают от картины к картине. На полотнах царит сущий ад, в котором черви, крысы и мерзейшие насекомые лезут из ноздрей, ушей и глазниц не менее отвратительных существ.

Из женского пола заметно присутствие лишь ведьм да дьяволиц. Сатана ли искушал художника или болезнью болел он нехорошей, ночные кошмары его мучили или в утренних галлюцинациях являлись Босху все эти твари и смрадные уродцы, теперь интересно лишь то, как он это перенес на свои холсты. И рекорд его воображения до сих пор не побит ни современными инсталляторами, ни перформерами.

Да, сон — явление сложное. Недаром говорят, что Менделееву его таблица приснилась.


До 26 января
Музей Люксембурга

La description des songes bibliques, c'est une autre affaire. Catherine d'Alexandrie qui prit la religion chrétienne eut une vision, peut être est-ce le rêve qu'elle fit de son mariage mystique avec Jésus Christ. A la suite de quoi, elle ne put plus appartenir à personne, pas même à l'empereur Maximien. Celui-ci, rendu fou par son insoumission, la fit torturer et décapiter. Fortement impressionné par ce destin tragique, Ludovico Carracci fit un tableau « Le songe de Sainte Catherine d'Alexandrie ». De magnifiques italiennes, et non des saintes, présentent l'enfant Jésus à la très belle jeune fille.

Chez Véronèse, c'est Sainte Hélène qui rêve de la « Vraie Croix » pour laquelle elle se mit en route pour Jérusalem en 326.

Comprendre et s'y retrouver dans symboles et mythes des toiles de la Renaissance n'est pas chose simple, cela exige une tension de la pensée. Mais rien n'oblige à aller au fond. On peut savourer la palette puissante, la facture des tissus et des robes, la représentation virtuose du corps potelé, à fossettes de l'enfant Jésus. S'attendrir devant la Sainte Famille. Comparer les Vénus endormies et les cupidons sensuels.

Arrivant dans la seconde partie de l'exposition, il devient clair que l'Europe du Nord et l'Europe du Sud sont séparées, non par des montagnes, mais par des mers, voire des océans. Nobles dames et saints sont restés dans le passé. Avec Jérôme Bosch c'est la folie qui éclate. Nulle trace de mesure, de compassion ordinaire à l'égard du public. De tableau en tableau, les cauchemars grandissent. Ils sont le règne du véritable enfer, où vers, rats, insectes dégoûtants rampent hors des narines, des oreilles, des orbites oculaires de créatures non moins dégoûtantes.

Sorcières et diablesses sont les seules créatures de sexe féminin. Le peintre était il dans les mains de Satan, ou souffrait il d'une mauvaise maladie, était il en proie à des cauchemars nocturnes, ou avait il des hallucinations au matin, Bosch nous intéresse par son travail pour reproduire ces monstres et horreurs sur la toile. Et jusqu'à aujourd'hui aucune installation, ni performer ne sont parvenus à le dépasser.

Oui, le rêve est une chose compliquée. Ne dit on pas que Mendéléev aurait eu la vision de son tableau en rêve?

Au musée du Luxembourg jusqu'au 26 janvier

1 комментарий

  1. Sveta:

    Убедительный обзор. Не хочу к Босху и в Северную Европу. Да здравствует Франция или, в худшем случае, Италия.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Отправить сообщение об ошибке
  1. (обязательно)
  2. (корректный e-mail)