Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
вторник, 18 декабря 2018
вторник, 18 декабря 2018

Как французы съездили в Пермь

Кира САПГИР 14:03, 9 июля 2014Наши встречиРаспечатать

В Перми прошел VIII Международный Дягилевский фестиваль.

«Пермь/Петербург/Париж: Путь ППП» – так назвал прочертанный судьбой фарватер легендарного импресарио академик С.В. Голынец, отец-основатель Международного Дягилевского фестиваля в разгар перестройки, в 1987 году. Ныне этот маршрут – в обратном направлении – был осуществлен автором этих строк.

 Le VII Festival Diaghilev s'est déroulé à Perm.
« Perm/Péterbourg/Paris/, la route des 3 P », comme l'avait appelé son père-fondateur, l'académicien S.V Golynets, en 1987, en pleine péréstroïka triomphante.
L'auteur de ces lignes vient d'accomplir le périple dans l'autre sens.

Стравинский — Баланчин | G. Balanchine sur une musique d'Igor Stravinski. Photo: Pavel Semiannikov

От Перми до самых до окраин

 Никогда еще я не залетала так далеко на восток! И, направляясь в сторону Урала, грешным делом представляла себе некое обаятельное провинциальное чествование прославленного земляка[1].

Нотки «малой родины» остались в программе Дягилевского фестиваля, но главное место там все же отведено громким ультрасовременным премьерам. Поэтому немудрено, что в дни фестиваля Пермь, вотчина-мемориал памяти великого дилетанта, становится российским Зальцбургом или Байройтом, принимая у себя космополитическую художественную элиту, в том числе французский «десант». В актовом зале Дягилевской гимназии под сенью громадной бронзовой фигуры в цилиндре (работы Э. Неизвестного) зачитали доклады Р. Герра (Ницца), М. Мейлах (Страсбург), К. Сапгир и В. Жиру (Париж)...

De Perm aux confins...
Jamais je ne m'étais avancée si loin vers l'Est...Et cheminant vers l'Oural, j'imaginais le déplacement de la célébrité locale (1).
Au programme du Festival, les partitions évoquant « la petite patrie » sont restées, mais large place est faite surtout à de tonitruantes premières ultra contemporaines.
Aussi, durant le Festival, la terre natale du magnifique dilettante devient le Salzbourg russe ou son Bayreuth, accueillent une élite artistique cosmopolite, parmi laquelle un « commando » français.
Dans la salle d'honneur du lycée Diaghilev, sous l'ombre tutélaire de bronze en haut de forme (œuvre de E. Neizvestnyi), il y eut les discours de R.Guerra de Nice, M.Meilakh de Strasbourg, de K.Sapguir, et V.Giroud de Paris.

Дягилевские чтения | Journées Diaghilev. Photo:Edvard Tikhonov

«Не молиться покойному Дягилеву, но действовать так, будто он жив и может, сидя в пятом ряду, оценить талант и радикализм постановщиков» такова концепция, которую озвучил дирижер Теодор Курентзис (Греция), с 2011 года возглавляющий Пермский театр оперы и балета.

Три «гвоздя» программы

...Рассказывать в подробностях о «Дягилев-фесте» все равно, что пытаться залить в стакан океан. Посему, скрепя сердце, приходится отбирать самое «ударное».

Итак, творческая программа фестиваля открылась премьерой балетного триптиха в честь Дж. Баланчина на музыку И. Стравинского. Когда-то гениального хореографа звали Георгием Баланчивадзе. В Джорджа Баланчина его в Европе перекрестил Дягилев.

В репертуаре пермской труппы три реставрированных баланчинских спектакля. Первый из трех балетов, «Аполлон», был поставлен еще дягилевской антрепризой. Во второй части триптиха («Рубины», 1967) Баланчин почтил традицию американского мюзик-холла. Наконец, «Симфония в трех движениях» (1972) воспроизводит баланчинскую хореографию во всей ее чистоте; причем исполняется спектакль не с почтительным восхищением, а с явным удовольствием и азартом!

« Ne pas rendre hommage à un défunt, mais agir comme s'il était vivant, assis au 5ème rang, jugeant le talent et le radicalisme des metteurs en scène », telle était la profession de foi de Teodor Courrentzis, chef d'orchestre (Grèce) qui dirige depuis 2011 l'opéra de Perm.
Les trois « clous » du programme
Donner dans le détail le programme, c'est comme vouloir remplir l'océan avec un verre. C'est pourquoi, le cœur serré, j'ai pris le « choc ». Donc, en ouverture, un triptyque en l'honneur de G. Balanchine, sur une musique d'Igor Stravinski.
Le génial chorégraphe fut longtemps Guéorgui Balantchivadzé, jusqu'à ce que Diaghilev, pour l'Europe, le rebaptise Georges Balanchine.
Dans son répertoire, l'opéra de Perm a 3 ballets restaurés de Balanchine. Le premier, Apollon, est resté dans la mise en scène de Diaghilev. Dans la seconde partie (Rubis, 1967) Balanchine a rendu hommage au music-hall américain. La troisième partie, Symphonie en trois mouvements, est donnée dans une chorégraphie toute balanchinienne, mais avec un vigueur enthousiaste, loin de tout respect paralysant!

Хоры/Сердца | C (h) oeurs. Photo: Aleksey Gushchin

 «Носферату» – ноосфера инноваций

Так называет критика оперу-перформанс Дмитрия Курляндского «Носферату», чья мировая премьера состоялась в дни фестиваля в Пермском театре оперы и балета.

По замыслу создателя, партитура оперы являет собой «музыку открытого рта». Вернее, «до-музыку»: традиционного звучания инструментов или вокала здесь почти нет. Есть попытка музыкальными средствами (симфонический оркестр, солисты, хор) измерить человеческое дыхание – будь то ровное, спокойное, хриплое, болезненное, задыхающееся и т.д. В ложах (не в оркестровой яме!) музыканты цепляют скрепками по скрипичным струнам, шуршат резиновыми шарами, скрипят немазаными шарнирами... А на ритуальной свадьбе-похоронах вампира Носферату с богиней подземного царства Персейфоной хор на ярусах... поет по-латыни частушки – то-то смеху!

— Своего «Носферату» я склеивал, как Франкенштейн монстра, – говорит Д. Курляндский, идеально рассчитавший в своем спектакле все, включая и традиционный триумф-провал в память сакрального фиаско «Весны священной».

Люди-куклы, танцоры-паяцы

C'est comme ça que la critique a nommé l' « opéra-performance » de Dmitri Kourliandski, dont la première mondiale s'est tenue lors de ce festival .
Selon son projet, il s'agit d'un opéra « de la bouche ouverte ». Soit une œuvre d'avant la musique: ici pas d'instruments, pas de chœur. Il s'agit de mesurer la respiration humaine, en utilisant des moyens musicaux, orchestre symphonique, voix, solistes...
Cette respiration peut être régulière, apaisée, sifflante, maladive...Les musiciens sont installés dans les loges, et non dans la fosse...Ils bloquent les cordes des violons avec des pinces, font grincer des charnières non huilées, grattent des ballons en plastique.
Et lors des noces- funérailles rituelles du vampire Nosfératu avec la déesse du monde souterrain, Perséphone, les chœurs sont dans les balcons, et chantent des versets en latin... C'est fun!
« Mon Nosfératu est inspiré de Franfenstein » déclare D. Kourliandski, qui a tout mis dans son spectacle, y compris une évocation du triomphe-échec, fiasco de la première du Sacre du printemps à Paris.
Hommes-pantins, danseurs-Paillasses

Барочный карнавал | Le poème harmonique Photo: Aleksey Gushchin

«Воистину, Пермь отзеркалила дягилевский миф идеей, противоположной идее «экспорта русского искусства»», — считает Т. Курентзис.

«Музыканты и артисты 20 стран съехались сюда ровно за тем, что, увы, ныне планомерно исчезает с музыкальных витрин Европы, – за подлинностью культуры».

Ярким доказательством постулата об элитарности фестиваля стало феерическое выступление труппы Le Poème Harmonique из Руана. Ансамбль Le Poème Harmonique был создан в 1998 году Венсаном Дюместром (Vincent Dumestre), знатоком музыки барокко, при поддержке ведомства по делам культуры Верхней Нормандии. И в «Барочном карнавале» под странную музыку, смутно пародирующую мадригалы XVII века, по оперной сцене в отблесках блеклых «флорентийских» красок прыгали, пели, вольтижировали, левитировали, исполняли немыслимые глиссады и сальто паяцы, арлекины, коломбины!

Ибо очаровательный «Барочный карнавал» – в своей сути не что иное, как встреча на ярмарочной площади классического балета, клоунады, цирка, кукольного спектакля – виртуозно воспроизводит древнее действо комедии дель арте, где правит бал античное божество Энтузиазм!

Премия имени Сергея Дягилева

До последней минуты Дягилевский фестиваль искрился все новыми сполохами и звездами: здесь и прямо-таки неземное совершенство шоу «Гала-Кларнет», пианистов-виртуозов Алексея Любимова, Полины Осетинской, Антона Батагова в концертном Органном зале.

Именно там огласили имя номинанта премии им. Сергея Дягилева «за самый радикальный проект в области исполнительских искусств». Им стал бельгиец Жерар Мортье, реформатор, 30 лет встряхивавший оперное искусство на таких именитых подмостках, как, например, Опера де Пари. Мортье уже нет на этом свете. Он умер в марте этого года, и международное жюри решило отправить его денежную премию (50 тыс. евро) на издание основополагающего труда Ж. Мортье – книги «Драматургия одной страсти».

***

  — Каковы ваши впечатления от восьмого издания Дягилевского фестиваля? – задаю я в заключение вопрос академику Российской академии художеств Сергею Васильевичу Голынцу.

— Наш переход от чтений (в 1987 году) к современному фестивалю искусств в какой-то мере повторяет путь самого Дягилева, – отвечает мой собеседник. – Ведь и Сергей Дягилев начинал с критических статей и художественных выставок и лишь впоследствии перешел к «Русским сезонам», которые потрясли мир. И, подобно Дягилевским новаторским постановкам, Пермский фестиваль также позволяет забыть на время о бренном и обыденном, чтобы погрузиться в обдумывание самого главного – смысла жизни, посвященной искусству!

[1]        Хотя Сергей Дягилев родился в Нижнем Новгороде, род Дягилевых – из Перми. Сохранился родовой дом Сергея Дягилева. Сейчас там гимназия его имени.

« En vérité, Perm continue le mythe Diaghilev de l'art, loin de toute idée « d'exportation de l'art russe », — considèreTéodor Currentzis.
« Des artistes viennent de 20 pays différents, pour retrouver ici l'authenticité de la culture. Hélas, en Europe, elle disparaît inexorablement.»
La production de la troupe «Le Poème Harmonique » de Rouen démontra en effet le caractère très élitiste du festival. Le Poème Harmonique a été créé en 1998 par Vincent Dumestre, grand connaisseur de musique baroque, avec le soutien du département de la culture de Haute Normandie. Dans son « Carnaval Baroque », sur une musique étrange, vague parodie des madrigaux du XVII siècle, Paillasses, Colombines et Arlequins ont sauté, chanté, voltigé, flotté en lévitation, effectué salto et glissades insensés sur la scène de l'opéra, éclairée de pâles reflets « florentins ».
Ce séduisant Carnaval Baroque se révèle être la rencontre sur scène de foire de ballet, clownade, cirque, de spectacle de marionnettes, dans la tradition antique.
Car il reproduit avec virtuosité le ballet de la Commedia del Arte, où l'antique divinité Enthousiasme dirige le bal!
Le prix Serge Diaghilev
Jusqu'à la dernière minute le festival Diaghilev aura brillé de tous ses feux: perfection quasi céleste du show «Gala Clarinette», des pianistes virtuoses Alékséï Lioubimov, Polina Ossétenski, Anton Batagov dans la grande salle de l'orgue.
C'est dans cette salle que fut proclamé le nom du vainqueur du prix Diaghilev pour « le projet le plus radical dans le domaine des arts du spectacle vivant». Il fut attribué au belge Gérard Mortier, un réformateur qui, pendant 30 ans, a secoué l'art lyrique, dans des lieux prestigieux comme l'Opéra de Paris. Gérard Mortier n'est plus. Il nous a quittés en mars de cette année, et le jury international a décidé d'envoyer le prix (50,000 euros) pour permettre l'édition de son livre fondamental « Dramaturgie d'une seule passion ».

****
En conclusion, j'interroge Serguéï Vassilévitch Golinets, membre de l'Académie russe des arts:
Quelles impressions vous laisse la VIIIème édition du Festival Diaghilev ?
« Le passage de lectures (1987) à l'actuel festival des arts reproduit l'itinéraire de Diaghilev lui-même. N'a-t-il pas commencé avec des articles critiques et des expositions. Ce n'est qu'après qu'il a inauguré « les saisons russe » qui ont ébranlé le monde entier. Et le festival de Perm, comme les novations extraordinaires de Diaghilev, permettent de s'abstraire du quotidien et du périssable pour se plonger un moment dans l'essentiel: le sens d'une vie consacrée à l'art
(1) Diaghilev est né à Nijni-Novgorod, mais la famille Diaghilev est originaire de Perm où se trouve la maison natale. Le lycée de Perm porte son nom.

1 комментарий

  1. Alex S.:

    Ох уж эта Сапгир! Всегда найдет, чем удивить! И, глядя н бронзового гиганта в Дягмлевской гимназии, вспоминаешь,, что в Париже, в фойе Театра Шатле стоит всего-то жалкий бюстик зачинателя Русских балетов!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Отправить сообщение об ошибке
  1. (обязательно)
  2. (корректный e-mail)