Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
среда, 26 июля 2017
среда, 26 июля 2017

Рабин и бульдозеры

0:37, 13 сентября 2009Наши встречиРаспечатать

Приближается памятная дата. Осенью, 15 сентября 1974 года, т.е. ровно 35 лет назад в Москве состоялась несанкционированная советскими властями выставка, вошедшая в историю как «бульдозерная». А все потому, что неугодные картины, выставленные на пустыре, пытались смести уборочной техникой.

Оскар Рабин около своей мастерской в Париже. 2009 г. Фото: Елена Якунина

И всего-то, чего просили московские художники, это разрешить им показать свои работы в любом приспособленном для показа зале. Просили долгие годы.

А что такое писать в стол или рисовать для заполнения места в собственной мастерской, знает не одно поколение творческой интеллигенции, жившее в советской стране. В один прекрасный день у молодых людей терпение лопнуло. «Ах так, подумали они, стен нет, обойдемся и без них. Поставим картины прямо на земле, в безлюдном месте — и мешать никому не будем, и те, кто захочет посмотреть, увидят». Тут-то и началась история с импровизированным властями «субботником» по очистке пустого поля в Беляево. Событие получило такой резонанс, что лучшей рекламы было и не придумать. А через некоторое время пришлось уже официально разрешить выставку на пленэре, совсем в другом конце Москвы, в Измайлово. Но «бульдозерная» осталась не только в памяти москвичей, благодаря ей  мир заговорил о советском неофициальном искусстве.

Оскар Рабин уже больше тридцати лет живет в Париже, в самом сердце творческой жизни: окна его мастерской смотрят на Центр современного искусства им.Ж.Помпиду, а внизу на площади день и ночь упражняются уличные художники. Это один из самых галерейных кварталов столицы.

Оскар только что прилетел из Риги, где он учился в Академии художеств и где не был больше 50-ти лет. Там о нем фильм снимали. Чтобы не утомлять художника, мы задали ему всего несколько вопросов.

Оскар, Вы были не просто участником «бульдозерной» выставки, но и одним из зачинателей. В России собираются отмечать эту дату. А Вы будете как-то по-особому проживать этот день? Может, друзей позовете, предадитесь воспоминаниям?

Оскар Рабин: — События эти не являются для меня чем-то вроде дня рождения, нового года, даты моей свадьбы и т.д. Я и мои товарищи-художники хотели только публично показать свои картины, что само по себе не является чем-то необычным. Все остальное должна отмечать советская власть (которой уже нет) или же их наследники. Так как талантливый спектакль (перформанс) устроили они, а не художники.

См. видео

[MEDIA=5]

 

В 70-е годы прошлого века диссидентствующая интеллигенция в основном эмигрировала. Тех, кого насильно выдворяли из страны, можно пересчитать по пальцам. Вы фактически, насколько я знаю, не собирались уезжать. У Вас попросту отобрали советский паспорт, когда Вы находились в Париже по приглашению, и не пустили назад в СССР. Не сложись так ситуация, Вы бы все равно уехали?

О.Р.: — Власти разрешили мне поехать как туристу с целью избавиться от меня таким, с их точки зрения, безобидным способом. При такой власти это рано или поздно все равно бы произошло, а моего мнения на этот счет никто не спрашивал.

Вот уже много лет российская пресса с завидным упорством называет Вас «патриархом» нонконформизма. И Вы столько же лет отнекиваетесь. Что это, человеческая скромность? Ведь возвышаться на Олимпе, все же, приятно.

О.Р.: — Я всегда отношусь с подозрением к высокопарным словам. Патриархом быть, наверное, хорошо, если у вас есть патриархия, которая вам подчиняется. В моем случае ничего этого нет.

В прошлом году Российская академия художеств присвоила Вам звание академика. Раньше к академикам молодежь ходила за советом, учиться. А что нынешнее поколение? Полностью погружено в медийное пространство?

О.Р.: — Так-то оно было раньше. А сейчас это только мантия вроде накидки-плаща, металлической медали и бумажного диплома с автографом Зураба Церетели.

В Вашем багаже полторы тысячи картин. Сейчас они в музеях, частных коллекциях, живут своей жизнью. А есть самые дорогие, незабываемые? И к какому периоду они относятся?

О.Р.: — Самая дорогая для меня картина, если только она получается, — последняя, которую пишешь, мучаешься, расстраиваешься, перемазываешь по много раз.

rabine1

Первую половину жизни Вы прожили в Советском Союзе, вторую — во Франции. Были трудности, но наступали и светлые моменты. Как Вы считаете, оглядываясь назад, в целом путь удался?

О.Р.: — Даже больше, чем я надеялся в начале этого пути.

Беседовала Елена ЯКУНИНА

Фото и видео автора.

1 комментарий

  1. Зинаида Нешахвоская:

    Очень хорошо, кратко и интересно

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.