Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
вторник, 20 февраля 2018
вторник, 20 февраля 2018

Русский дом не дома

Анна АЙВАЗЯН0:27, 14 июля 2012Наши встречиРаспечатать


В парижском пригороде Монтрей находится большой дом с интересной историей. Его гостеприимная хозяйка Елена Зенисер учит французов правильно готовить русские блюда, а своим русским гостям передает секреты французской кухни. Она рассказала «Русскому очевидцу» о необычных поворотах своей судьбы, приезде во Францию и любимых друзьях.


p1070543

Елена Зенисер ©Из архива Е.Зенисер


Минск — Париж

Когда мне было 19 лет, я жила в Минске, училась на факультете журналистики и одновременно работала в Государственном Историческом музее. Еще в 8-м классе я выиграла конкурс и прошла курсы экскурсоводов. После окончания школы меня пригласили туда научным сотрудником, хотя мне было всего 18 лет. Тогда я совмещала учебу на журфаке и работу в музее. Через два года я встретила в группе французов, приехавших в Минск, 19летнего мальчика из Байоны. Произошло то, что французы называют coup de foudre (удар молнии). Это был действительно удар молнии. Экскурсия длилась еще час, и все это время мы с ним неотрывно смотрели друг на друга. Таким образом, в 19 лет, началась наша с ним история. Я тогда не говорила ни слова по-французски. Мы переписывались на протяжении двух лет. Ему удавалось в то время (время жесткого железного занавеса) каким-то образом приезжать ко мне. История имела счастливое продолжение: через два года после первой встречи мы поженились. И все благодаря нашей фантастической наивности: я была наивной белорусской девочкой с косой до колен, а он — французский мальчик, блондин с голубыми глазами из провинции. Мы поженились и уехали во Францию. Для девочки, которой я была в то время, мне было абсолютно все равно куда ехать: во Францию, в Африку, в Австралию. Я ехала за любовью, которую встретила. Тогда я начала учить французский язык. Мне достаточно быстро предложили место преподавателя русского в университете в Бордо, где я проработала пять или шесть лет. У нас родился ребенок, но наша история подошла к концу, как и многие истории. И я попала в Париж. Любовь к французскому мальчику сменила более зрелая страсть к городу Парижу. Это была и есть великая любовь моей жизни.

Дом

Я приехала в Париж, не зная никого, кроме двух семей известных художников, Бориса Заборова и Олега Целкова. Я с ними дружила, именно они помогли мне устроиться в Париже. И началась моя парижская жизнь, где я встретила другого француза — тоже блондина с голубыми глазами. Я вышла за него замуж, и у нас родилось еще двое детей. И когда все трое детей начали подрастать под крышей того дома, где мы жили, мне явилась некое видение: огромная детская комната, где будет много игрушек и книг. Я начала искать новый дом, потому что наш был уже маловат для большой семьи. Поиски заняли год. Я посмотрела огромное количество домов, пока не попала на полуразрушенную полузабытую печатную фабрику, которую никто не хотел покупать. Это были просторные фабричные помещения площадью 400 кв. метров. И я почувствовала, что могу погрузиться в эту историю. Абсолютно не умея строить дома, и не имея достаточно средств для того, чтобы нанять архитектора и прораба, я с теми средствами, которые у нас были, ввязалась в это дело, собрав бригаду из пяти белорусских рабочих.

Перестройка дома длилась совершенно фантастический срок: 400 кв. метров голых стен и железных балок было превращено в жилье за 7 месяцев. Я была и прорабом, и начальником стройки, и шофером грузовика, на котором доставляла на стройку все материалы. Можно сказать, что этот дом построила я сама. Дом был построен в 2000 году, мы здесь уже 12 лет.

Кухня

С ранней молодости от моей бабушки и мамы у меня был дар за час приготовить обед или ужин на двадцать или тридцать человек. Для меня это всегда было легко и просто. Это преимущество моего воспитания в советскую эпоху, когда было очень мало продуктов: готовили пищу из того, что Бог послал. Ужин и обед для семьи ведь делали не из идеи, а из того, что можно было достать и купить. Во мне это в свое время хорошо закрепилось. Я научилась из ничего мгновенно делать ужин из 10 блюд на 20 человек. Еще и поэтому мне нужен был больший дом.

Вначале я готовила русскую кухню. В связи с тем, что я работала в Бордо, темой моих французских работ было влияние русской кухни на русскую литературу в XIX в. Мы с моими студентами даже написали целую кулинарную книгу. Потом я много путешествовала и училась на курсах китайской, японской и тайской кухни. В Марокко я изучала местную марокканскую кухню. Некоторое время я жила в Польше, так что изучила и польские блюда, еврейскую кухню.

Еще в Бордо мои французские студенты отмечали, что изучать русскую культуру через литературу, язык и музыку - это здорово, но также важно приобщаться к ней через кухню. На Западе кухня - очень важный аспект культуры. Живя в Париже, я уже давно открыла для себя, что здесь нет ни одного русского ресторана, который был бы аутентичен для русского человека. Поэтому в русских ресторанах, как правило, можно встретить или французов, которые идут послушать музыку и выпить водки, ну или русских, которые приходят для того, чтобы ностальгировать. Последние, правда, потом отплевываются и говорят, как это было дорого и невкусно. В Париже фактически все диаспоры имеют свои аутентичные рестораны, кроме русской. Уже много лет сотни русских знакомых и друзей, побывавших у меня в гостях, говорят мне о том, что лучший русский ресторан в Париже — у меня дома.

3 комментария

  1. Кира:

    Лена, ты — молодец!

  2. Виолетта:

    Кроме того,у Елены фантастическое чувство гостеприимства и потрясающий вкус.Дом, в которм живет Елена очень теплый и уютный.она создала в нем атмосферу любви и благодушия,один из немногих домов,где хочется бывать.Я очень рада,что мне посчастливилось встретиться с Еленой лично.Спасибо,Елена, и удачи!

  3. Svoyak:

    Не понял две вещи: кто автор текста, кого хвалить — Елену или Анну. И нет ли там, действительно, ресторана. Если есть, не грех бы заехать.

    Кто бы ни был автор, новелла написана очень удачно и очень лично. Большой позитивный заряд, никакого нытья, виден строитель жизни. Всем бы нам так. Добрая зависть берет. Хотя уверен, что и в диаспоре, и дома найдется немало людей такого духа и энергии. Хотя каждый из них – это, конечно, сугубо штучный товар. Браво.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Отправить сообщение об ошибке
  1. (обязательно)
  2. (корректный e-mail)