Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
четверг, 19 июля 2018
четверг, 19 июля 2018

«Мамонт, хромой на все четыре ноги»

Кира САПГИР0:36, 1 сентября 2012ПолитикаРаспечатать


Не было еще во Франции правительства, при котором оставили бы в покое «мамонта» — так называют французскую систему народного образования из-за ее громоздкости и неповоротливости. И нет во Франции ни единого министра просвещения, который не попытался бы ознаменовать свое правление реформой. Вот и нынешний, Венсан Пейон, также стремится оставить для потомков «реформу», носящую его имя.

obrazovanie

Существующая французская система народного образования зародилась в первые послевоенные годы и с самого момента рождения уже несла в себе зародыш нынешних аномалий. У колыбели реформы обучения стоят двое ученых: физик Поль Ланжевен и психолог Анри Валлон. Оба — лево-коммунистической направленности. «План Ланжевена-Валлона», предложенный ими в 1944 году, по сей день остается маяком для многих реформаторов.

Они разделили обучение в средней школе на 3 цикла: начальный всеобщий — с 6 до 11 лет, цикл профориентации — с 11 до 15 лет и, наконец, третий, с 15 до 18 — цикл окончательного определения профессиональной направленности, дабы, согласно французскому образовательному кредо, «со школьной скамьи дать каждому гражданину возможность максимального соответствия его места в обществе и его потенциала». И с 1947 года во Франции было введено среднее образование с единой программой для всех.

В дальнейшем эти принципы клеймились соратниками Ланжевена и Валлона за «попытки приспособленчества обучения к нуждам капитализма». Ибо, считали оппоненты, тем самым капиталисты получают то, что им надо: «обученных квалифицированных рабочих и... покорных рабов».


А когда в «незабываемом» 68-м главным стал девиз «запрещено запрещать», вообще решено было, что детям не нужны «буржуазные знания». Надо-де не требовать от них презренной «зубрежки», но давать «возможность гармонично развиваться»! И несчастным школьникам было предложено писать о чем угодно своими словами, не обращая внимания на орфографию, ибо правильная орфография, опять же, «буржуазный предрассудок»! Совсем как в 20-е годы в постреволюционной России, где тоже провозглашался отказ от «буржуазной науки».


Наступает год 1989-й. И вместе с ним появляется магистральное постановление: довести число получающих «бак» (на жаргоне — степень бакалавра, диплом о получении среднего образования, эквивалентного российскому аттестату зрелости) до 80%... Получение бака всегда было делом непростым. Зато в Сорбонну вход получался беспрепятственным. Но лишь самые способные и трудолюбивые дети из необеспеченных семей попадали в Высшие школы (так называемые Grandes écoles) типа Ecole Normale Supérieure либо Ecole de Mines, и, естественно, Ecole Polytechniquе...

А девальвация «бака» в 80-х во Франции усугубила классовое расслоение. Отныне недоросль, получив правдами и неправдами аттестат, просидев год в Сорбонне, начинал понимать, что высшее образование не для него. Вот он и бросает учиться и оказывается ни с чем, озлобленный, чувствующий себя неудачником, маргиналом. А получи он профориентацию, был бы уважаемым ремесленником, полезным, востребованным обществом. При этом дети из более или менее обеспеченных семей прекрасным образом попадают в высшие школы. У них кругозор шире, поскольку родители им нанимают репетиторов, не очень-то доверяя уравниловке.

В начале нынешнего тысячелетия на чудовищную систему обучения обрушился было Люк Ферри, министр просвещения во времена Жака Ширака (2002—2005 гг.). Люк Ферри, философ и писатель, был, в отличие от многих прочих министров, не номенклатурщиком, а интеллектуалом и оттого раздражал всех. Раздражал даже внешним видом: тем, что у него длинные волосы и, вообще, облик левобережного денди-левака. Ненависть к министру просвещения достигла особого накала, когда вышла программная книга Люка Ферри «Письмо всем, кто любит школу». Там он обличал «обновленческие», а на самом деле демагогические идеи французской левой «образованщины». Книга была издана тиражом в 800 000 экземпляров и предназначалась для бесплатной раздачи учителям. Тут раздражение против Ферри переросло в ненависть: преподаватели стали выбрасывать его книгу на помойку.

***

Все леваки — левые. Но в разные эпохи одни леваки оказываются левее других. Бунтари 68-го не похожи на нынешнего социалиста у власти респектабельного политика Олланда. И сегодня популистский принцип «аттестат зрелости для 80%», в общем, уже не на повестке дня. Ведь и без этого послабления Франция по грамотности оказалась почти позади планеты всей.

По данным международной Организации по развитию и сотрудничеству, 40% французов от 16 до 65 лет после школы не обладают навыками, необходимыми, чтобы разобраться в простейшем тексте. При прохождении тестов на грамотность многие из них не смогли выделить ключевые слова, определявшие характеристики, например, дуба или кактуса. Результаты этих статистических показателей оказались для Франции столь неприятными, что вокруг них был создан подлинный заговор молчания — во имя пресловутой политкорректности. Еще бы! Ведь Франция считает себя светочем, опорой цивилизации, маяком для всего человечества!

После своего избрания президент-социалист Франсуа Олланд заявил, что проблемы молодёжи станут для него приоритетными, «потому что самая большая проблема Франции — подготовиться к будущему». Во имя этого во главе соответствующего министерства поставлен верный соратник президента-социалиста философ Венсан Пейон (Vincent Peillon).

Чем-то Пейон напоминает Ферри, только по разные стороны идеологической баррикады. Венсан Пейон — доктор философии, специалист по доктрине французского философа Мерло-Понти (Merleau-Ponty, 1908—1961), представителя феноменологии и экзистенциализма. В научных кругах Мерло-Понти приравнивают к Сартру, а то и ставят выше.

Как, в принципе, и положено министру просвещения, Пейон — очередной обновленец. Вместе с Олландом с этой осени они должны конкретно наметить новые вехи в системе народного образования, и в особенности это должно коснуться начальной и средней школ. В первую очередь, как и было обещано во время предвыборной кампании, Олланд собирается набрать в систему образования дополнительно 60 000 учителей. Подобное обещание президента-социалиста идет вразрез с политикой его предшественника Саркози, при котором упразднялось место каждого второго преподавателя, выходящего на пенсию. В результате, за 5 лет его правления число работников просвещения сократилось на 80 000 человек. Эта мера была частью общей политики Саркози — сокращения числа госслужащих и, соответственно, расходов государства.

Счастье одних зачастую составляет несчастье других. На сегодня сектор образования, наряду с юстицией и жандармерией, признан социалистическим правительством приоритетным. И сейчас реформу образования ожидают, затаив дыхание, не одни только работники просвещения и их питомцы, но и будущие жертвы сжимания бюджета — прочие министерства. Ведь, по принципу сообщающихся сосудов, денежное вливание в один сектор неминуемо повлечет за собой соответствующее снижение уровня в других.

Посему в ответ на обещание Олланда начать вновь набирать учителей правые развернули свою кампанию. Они считают безответственными в условиях кризиса и необходимости экономии подобные траты. У Франции нет возможности для такого безрассудного расточительства, твердят правые, и скоро социалисты в этом убедятся. А о том, что дыры в бюджете заштопают фискальными поборами с богатых, не стоит мечтать. Они, богатые, не такие, как мы — всегда найдут способ увернуться от излишних налогов.

На самом деле, отчасти правые правы. Ведь при увеличении числа учителей в государственных школах не всегда количество переходит в качество. Известно, что, согласно секретному циркуляру Министерства просвещения, дабы затушевать хоть отчасти малограмотность выпускников, нельзя чересчур снижать оценки из-за ошибок в письменных работах (не принимают в расчет аж до десяти ошибок на страницу...)

Другое грядущее новшество — сокращение каникул, которые Венсан Пейон считает слишком долгими: школьники начальных классов отдыхают по 144 дня в году. При этом зачастую дети в дни каникул оказываются предоставленными сами себе, поскольку родители работают. А при этом остальное время дети перегружены, они работают по шесть часов в день, что тяжело даже для взрослых. Надо стараться не оставлять детей на второй год — это их унижает, да и многое худо-бедно они уже проходили и теперь скучают; так в школьной среде рождаются маргиналы. В особенности это относится к предместьям мегаполисов, по сути, представляющим собой гетто выходцев из Северной Африки.

Наконец, на повестке дня уже чисто левацкое новшество: уделять школьникам из «проблемных» предместий особое внимание, выделять особое время для дополнительных занятий. Все за счет того же благодетеля, чье имя — социалистическое государство!

Помощь подросткам из проблемных предместий?! Да ничего это не даст, как не давало никогда! — возмущаются правые. В сознание таких детей, утверждают они, изначально не заложено интереса к западной цивилизации, и обновленческая политика здесь ничего не прибавит и не убавит. Короче, Запад есть Запад, Восток есть Восток. И точка.

***

...Ну а все-таки, что не так? Отчего во Франции с образованием не все благополучно? Почему пишут с ошибками в стране, где еще со времен Третьей республики введено всеобщее школьное образование, а за систематическую неявку детей в школу их родителей могут даже отдать под суд или лишить семейного пособия?!

Словом, отчего не идут впрок «мамонту» бесконечные субсидии? Ведь с 1974 года эти субсидии на народное образование во Франции непрерывно растут. Вот отчего многие прагматики, как слева, так и справа, практически единодушно (и совершенно справедливо) полагают, что подобные постоянно увеличивающиеся вливания напоминают бездонную Данаеву бочку.

7 комментариев

  1. Дмитрий Гузевич:

    Уважаемая Кира,

    Вы задали почти риторический вопрос: «Ну а все-таки, что не так? Отчего во Франции с образованием не все благополучно?». Парадокс в том, что живя уже третье десятилетие во Франции и имея двух детей, которые уже завершили свое образование и работают, мы считаем это образование очень хорошим, а попытки его реформ воспринимаем как популистские нападки на него (особенно запомнились «реформы», которые осуществлял Claude Allègre в 1997—2000 гг., может быть потому, что наши дети тогда как раз были в коллежах и лицеях). Старший сын приехал после 5 лет обучения в СССР/России и его знаний математики хватило, чтобы два года во французском коллеже лоботрясничать на этих уроках, что было кстати, ибо приходилось овладевать всеми остальными предметами на чужом для него французском языке. Зато потом математика свое нагнала. Но у каждого свой опыт. Значительная часть читателей Русоча приехали из России. И их дети прошли французскую школу. Причем их исходные позиции были по определению хуже, чем у коренных французов. Было бы интересно услышать их мнение о французской образовательной системе.

  2. Tanya:

    Школьное образовние во Франции хорошее, а вот унивеситетское просто кошмар, особенно по сравнению с Америкой и особенно в технических областях Это очень серьёзная проблема .

  3. Дмитрий Гузевич:

    Tanye.

    Вы абсолютно правы, мадаме, хотя бы уже потому, что университетского технического образования во Франции не существует. Точнее, есть жалкие попытки американизации французского технического образования, и Вы их очень точно охарактеризовали. Техническое образование во Франции получают в Grandes écoles. И с уровнем этого образования мало что сравнится в мире, начиная с того, что поступить в эти школы можно лишь после двух лет подготовительных классов после лицея. По программе эти два года соответствуют приблизительно трем курсам университета по математике и физике. И только после этого начинается первый год в Grande école. Ну, а уж если Вы идете по системе Политехнической школы, то после нее — еще пару лет прикладных школ

  4. Бам:

    Итого: все как у всех

  5. Георгий:

    Я работаю уже больше десяти лет в системе образования во Франции. Проблем здесь много, но система, разумеется, не «чудовищна». Есть и множество позитивных моментов. В их числе — то, что во Франции, в отличие от России, качественное высшее образование остается доступным для детей изо всех социальных групп. Кстати, в последние годы студенты, приезжающие поступать в наш университет из России и Украины (особенно из регионов, а не столиц), приводят как один из аргументов в пользу учебы во Франции не только качество получаемого образования, но и то, что высшее образование дома в Москве или Киеве будет стоить им едва ли не дороже, чем во Франции.

    Что же касается «стоимости» системы образования и оптимизации расходов на него (любимая тема правых министров образования), то здесь я бы посоветовал русскоязычным читателям, живущим во Франции, обратить внимание на эту тему, которая может затронуть их непосредственно. Речь идет о том, что преподавание русского языка, литературы и истории непрерывно сокращается в государственных школах и университетах как раз под предлогом его «нерентабельности». Это общая политика предыдущих министерств образования в отношении «малых языков», к которым причисляют не только русский, но и итальянский, немецкий, португальский и многие другие языки. Чем это обернется для русскоязычной общины Франции — вполне очевидно. Если ваши дети захотят учить русский язык в школе — то, поскольку количество мест в государственных школах с изучением русского языка весьма невелико, пойдут они в школы частные, со своим уровнем и стандартами преподавания, и где обучение, разумеется, дорого для очень многих семей. Изучать русский язык, литературу и историю в университете будет тоже сложно — чем меньше преподавателей, тем больше студентов в группе — например, уже сейчас в группы для начинающих изучать русский в парижских университетах записывается по 40-50 человек — попробуйте выучить язык в такой группе. Так что смена правительства во Франции для русскоязычных жителей этой страны — хороший момент, чтобы напомнить о своем существовании и поддержать позиции русского языка и культуры во французской государственной системе образования. Как это сделать? Воспользуйтесь, например, возможностью поговорить на эту тему на акции в поддержку русского языка во Франции у русского книжного магазина «Librairie du Globe» 67 Bd Beaumarchais в субботу 15 сентября в 15.15. (книжный магазин выбран, кстати, в качестве площадки для акции потому, что дела и у него идут плохо — он на грани закрытия — и распродает книги со скидкой 50 процентов... — так что его можно поддержать и при этом не разориться :) Будут, разумеется, и другие поводы для совместных действий на эту тему, в частности, вы можете связаться для этого с Объединением российских избирателей во Франции (UERF) uerf.wordpress.com

  6. Vava Баму:

    Ревнителям русского языка: Не Министерство образования, а Министерство просвещения

  7. Michel:

    Георгий, предложение изучать английский не как иностранный вызвало визг французской интеллигенции. А ведь если выделить как особый предмет язык международного общения, то тогда русский будет в нормальной конкуренции с испанским, немецким и китайским.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Отправить сообщение об ошибке
  1. (обязательно)
  2. (корректный e-mail)