Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
понедельник, 24 июля 2017
понедельник, 24 июля 2017

Смерть в Иностранном легионе

Екатерина ГАДАЛЬ 0:17, 28 сентября 2015ОбществоРаспечатать

Ни одна французская газета не пропустила информацию о ходе этого процесса.

Через семь лет после трагедии, разыгравшейся в пустыне, суд приговорил бывшего лейтенанта Медерика Берто к четырем годам условно. Он признан виновным в умышленном групповом причинении вреда здоровью, приведшему по неосторожности к смерти человека.

Tous les journaux français ont fait écho à ce procès.

Sept ans après une mort tragique en plein désert, la cour a condamné l’ancien lieutenant Médéric Bertaud à quatre ans de prison avec sursis.

Il a été reconnu coupable de violences volontaires commises en réunion ayant entraîné la mort sans intention de la  donner.

www.legion-recrute.com/

Кратко о произошедшем

5 мая 2008 года 2-й взвод 1 роты 2-го парашютно-десантного полка Иностранного легиона (REP) участвовал в учениях в пустыне в Джибути, небольшом кусочке ада на земле, где 40 градусов в тени и невыносимая влажность, и где элитные части французской армии оттачивают своё боевое мастерство.
Во время маневров, проходивших в самые жаркие часы (12 — 16), легионер Матье Талас (в миру словак Жозеф Сваруско) отказался двигаться дальше, сославшись на боль в колене. При этом во время марша он не повреждал ногу, и внешне его колено выглядело и функционировало нормально, вердикт старших по званию и коллег – симулянт. Младший комсостав пытался заставить легионера продолжать путь, т.к., с одной стороны, невозможно оставить человека одного посреди пустыни, а, с другой, нельзя отказаться от выполнения задачи, поставленной командованием, в лице капитана и полковника, о продолжении маневров.
Пройдя ещё метров двести, легионер Талас снова останавливается, теперь он жестко принуждается к продолжению миссии «авторитетом старших», проходит небольшое расстояние и опять остановка.

Молодой лейтенант Медерик Берто, командующий «в поле» учениями всех трех взводов 1-й роты REP, поначалу наблюдает со стороны за действиями своих подчиненных. Но, когда, по его мнению, «игра заходит слишком далеко», он вмешивается, дает легионеру пинка, выливает воду из его фляги, и забирает у него автомат, давая понять, что оставит его в пустыне на произвол судьбы.
Угроза лейтенанта сработала, Талас поднялся, как ни в чем не бывало, прошел около 500 метров, а потом обмяк и упал, чтобы больше никогда не встать…
Детективная история, достойная пера Агаты Кристи …

Медицинское заключение показало, что причиной смерти Таласа был тепловой удар, случившийся во время интенсивной тренировки у человека с излишним весом и слабой физической подготовкой.

Что было дальше

На первых порах армия не выносила сор из избы, и только в декабре 2008 года лейтенанта и его трех непосредственных подчиненных обвинили в «организации насильственных действий и беспорядков, повлекших за собой смерть человека». Лейтенанта, уже уволенного из армии, поместили в тюрьму, где он просидел три месяца до изменения формулировки обвинения.

Суд

На суде бывший лейтенант объясняет свои поступки тем, что, по его логике, легионер Талас был симулянтом, и ранее показывавшим неадекватное поведение. Например, во время тренировки на канате Талас сделал два перехвата руками, и разрыдался.

«Почему Вы дали ему пинка, а не протянули руку помощи?»  — вопрошает судья.
«Я хотел, чтобы Талас честно выполнил свою миссию, преодолев себя, ведь он – легионер, добровольно взявший на себя эту ношу», — ответил Берто.
«Скажите Берто, а Вам самому приходилось получать пинки», — спрашивает судья.
«Да, отвечает бывший лейтенант, например, во время тренировки по бегу, в порядке вещей получить пинок в зад, чтобы бежал быстрее!». Оказывается, у военных это называется оперативный удар.

В трудной ситуации оказались присяжные, судья и прокурор. Им необходимо было понять, как функционирует этот мир, закрытый, более жесткий, со своей логикой, и, возможно, с другими правилами?! И, кроме того, кто знает, каковы правила жизни наемников из Иностранного легиона, которые даже ходят и поют не так, как остальные французские военные.
На помощь приходят свидетели, среди них много военных, действующих и в отставке. Когда свидетели называют своё имя, профессию и возраст, невольно замечаешь, что офицеры выглядят старше своих лет, служба в армии – тяжелая работа.

«Молодой человек совершил ошибку, это очевидно», — говорит полковник в отставке Жак Огар, прошедший множество горячих точек, в том числе и с Иностранным легионом.

Тепловые удары не редкость в Джибути, по этой причине французская армия теряет несколько человек в год. Жак Огар считает, что случившееся – ошибка старших по званию, капитана и полковника, оставивших лейтенанта, только пришедшего в армию, не нюхавшего пороха, самого справляться с ситуацией на месте. «В таких климатических, психологических и моральных условиях любой мог совершить ошибку, я мог быть на его месте 25 лет назад», — заявил Огар. Лейтенант оказался под давлением руководства, настаивавшего на продвижении вперед. И, кроме того, снизу давил мир Иностранного легиона – другой, особый мир, сержанты с 15-летним стажем службы, и отсутствие на месте связующего звена — адъютанта».

В результате легионер лишился жизни, а молодой, подававший надежды офицер, будущего.
Слово берет инструктор Берто по офицерской школе: «Мы преподносим молодому офицеру как ценность – необходимость преодолевать себя и свои возможности. Ведь враг не будет делать перерывов на обед, если не рисковать во время учений, придется сильно рисковать во время боевых действий. Например, мы намеренно тренируем будущих офицеров действовать в состоянии нервного и физического напряжения. Учения должны быть наиболее приближены к реалиям, они призваны развеивать мифы в головах, иначе они не имеют никакого смысла. Опытный офицер сумеет найти баланс между безопасностью и риском, но это придёт с опытом».

Слово психологу: «У Берто отсутствует самокритичность, он слишком уверен в себе, он хотел быть на высоте по отношению к другим».
Но как же может быть иначе, если Берто был одним из лучших на своем курсе, и своим первым местном службы выбрал элитный 2-ой REP.
Берто и Талас – эти имена связаны навеки, оба были новобранцами в Иностранном легионе, оба не прошли проверку, каждый по-своему.

Кто виноват?

В 2009 году, на следующий год после трагедии, командование приняло решение не проводить ученья в самый жаркий период, с 12 до 16 часов, и не оставлять молодых лейтенантов в поле «без присмотра».
Прокурор Маривонн Кайботт считает, что лейтенант и его подчиненные, заставлявшие легионера «прилагать усилия, стоившие ему жизни», виновны в его смерти, и они сами признали свою ответственность за это.

В интервью «Паризьен» адвокат мэтр Александр Варо заявил: «Не снимая ответственности с моего клиента, я вижу оплошности по всей цепочке командования. Это и полковник, решивший проводить марш в самый солнцепек, и капитан, лишивший лейтенант его адъютанта, и врач, признавший Таласа, годным к службе в Иностранном легионе».

В армии ходят слухи, что молодой лейтенант стал козлом отпущения, иначе могла бы пострадать карьера капитана и других чинов, отвечавших за проведение учений в Джубути в мае 2008 года.

«Тяжело в учении – легко в бою», — любил повторять генералиссимус Александр Васильевич Суворов.

Les faits en bref
Le 5 mars 2008, le deuxième régiment étranger de parachutistes (REP) de la 1ère compagnie s’entraine en plein désert à Djibouti. C’est dans cet enfer sur terre, par une température de 40 degrés à l’ombre et une humidité insupportable, que l’armée française perfectionne les compétences de ses unités d’élite.
Durant une manœuvre aux heures les plus chaudes de la journée (12-16), le légionnaire Slovaque Mathieu Thalas, Joszef Tvarusko de son vrai nom, a refusé de poursuivre l’entrainement sous prétexte d’une douleur au genou.
Durant cette marche, sa jambe et son genou fonctionnaient très bien et ses collègues et supérieurs l’ont qualifié de simulateur.
La première chaine de commandement a incité le légionnaire à continuer car si on ne peut pas laisser quelqu’un seul dans le désert, on ne peut pas non plus refuser d’obéir à un ordre donné par le capitaine et le colonel en personne.
Après environ 200 mètres, le légionnaire Thalas s’arrête, son supérieur hiérarchique le force à poursuivre sa mission, ce qu’il fait sur une courte distance avant de s’arrêter à nouveau.
Le jeune lieutenant Médéric Bertaud, commandant des trois unités du premier REP, a tout d’abord observé le comportement de ses subordonnés.
Mais quand d'après lui, le simulacre dure trop longtemps, il intervient, la frappe d’un coup de pied et prend sa mitraillette en lui faisant comprendre qu'il allait le laisser dans le désert
La menace a eu l’effet escompté sur Thalas qui a continué de marcher encore 500 mètres avant de tomber pour ne jamais se relever.

Un récit policier digne d’Agatha Christie.

Le rapport médical a indiqué que Thalas était mort d’un coup de chaleur, ce qui peut arriver à des individus en surpoids ou en mauvaise condition physique.

Les faits
L’armée ne lave pas son linge sale en public et ce n’est qu’en décembre 2008 que le lieutenant et trois de ses proches subordonnées furent inculpés pour «actes de violence en réunion ayant entrainé la mort».
Le lieutenant a été renvoyé de l’armée et mis en prison pour trois mois avant de connaitre le motif d’inculpation.

Au tribunal
Au tribunal, le lieutenant a expliqué que selon lui, le légionnaire Thalas était un simulateur au comportement inapproprié. Par exemple, durant un entrainement de montée de corde, Thalas a essayé deux fois de tenir la corde par ses mains et a fondu en larmes.
«Pourquoi lui avoir donné un coup de pied au lieu de l’aider ?» demanda le juge.
«Je voulais que Thalas mène sa mission à bien et se dépasse car c’est son devoir en tant que légionnaire.»
«Et vous, avez-vous aussi été frappé de la sorte ?» l’interrogea de nouveau le juge.
«Oui, répondit l’ancien lieutenant, par exemple, durant une course, on reçoit souvent des coups de pieds au cul pour aller plus vite !». A l’armée, on appelle ça le coup de fonctionnement.
Le juge, le jury et le procureur étaient dans une situation difficile. Ils avaient besoin de comprendre comment fonctionne ce monde fermé, secret, muni de ses propres règles. Et d’ailleurs, qui connait vraiment les règles de vie de la Légion étrangère, ce régiment qui marche et chante différemment du reste de l’armée française ?

Des témoins sont venus à la barre, parmi eux, des militaires, des actifs et des retraités. Lorsque ceux-ci ont décliné leur identité, nom, profession et âge, ils paraissaient bien plus vieux que ce qu’ils affirmaient — un dur travail qui laisse des traces.
«Le jeune a fait une erreur, c’est évident» dit l’ancien colonel Jacques Hogard, fort d’une grande expérience dans l’armée et avec la légion.
Il n’est pas rare que des homes succombent à la chaleur, l’armée française a ainsi perdu plusieurs hommes. Jacques Hogard dit que cet incident provient d’une erreur de jugement du capitaine et du colonel qui ont laissé un jeune lieutenant qui n’a pas connu l’épreuve du feu faire face à une telle situation.
Sous un tel climat et dans des conditions psychologiques et morales pareilles, n’importe qui aurait pu faire une erreur, dont moi il y a 25 ans de cela» affirma Hogard.
Le lieutenant était sous pression et devait continuer d’avancer. En plus l'image de la Légion étrangère pesait lourd, de ce monde à part où il y a des militaires avec 15 années d’ancienneté et où en ce moment là il n’y avait pas d'aide de camp

En conséquence le légionnaire a perdu la vie et l’officier plein de promesses n’a plus d’avenir.
L’instructeur Bertaud, de l’école des officiers, nous dit : « L’ennemi, lui ne prendra pas de pause déjeuner. Si l’on ne prend pas de risques à l’entrainement, le danger en situation réelle s’en trouvera accru.
Par ailleurs, nous formons délibérément nos officiers à agir dans un état de stress et de tension.
Les manœuvres devraient être plus proche du terrain, elles doivent dissiper les mythes de l’esprit des gens, sinon leurs missions n’a aucun sens.
Un officier expérimenté saura trouver un juste milieu entre risques et sécurité mais cela viendra avec le temps. »

D’après le psychologue, « Bertaud était trop sur de lui-même, il voulait dominer les autres.»
Mais comment pouvait-il en être autrement alors que Bertaud était le meilleur de sa promotion et faisait partie du régiment d’élite, le deuxième REP ?
Bertaud et Thalas, deux noms liés à jamais par la Légion étrangère où ils ont tous les deux failli à leur manière.

Qui est coupable ?
En 2009, un an après le drame, le commandement a pris la décision de ne plus mener d’exercices aux heures de chaleurs extrêmes (de 12 à 16) et de ne pas laisser les jeunes lieutenants sans supervision.
Le procureur Maryvonne Caillibotte estime que le lieutenant et ses hommes, sont coupables d’avoir poussé le légionnaire à «des efforts qui lui ont couté la vie» et qu’ils en endossent la responsabilité.
Dans une interview au «Parisien», l’avocat maitre Alexandre Varaut dit :
«Je ne veux pas dédouaner mes client mais j’estime que les fautes sont partagées dans l'ensemble de la chaîne de commandement.»

Le colonel a décidé de faire une manœuvre par des températures extrêmes, le capitaine a laissé le lieutenant sans aide et le médecin a déclaré Thalas apte à la Légion étrangère
Au sein de l’armée, une rumeur circule. Le jeune lieutenant serait un bouc-émissaire afin de préserver la carrière du capitaine et des autres gradés, responsables des manœuvres à Djibouti en mai 2008.

« Ce qui est dur à l'entraînement sera facile pendant la bataille » aimait à dire le généralissime Alexandre Souvorov.

7 комментариев

  1. Ирина:

    Статья очень интересная, и , как всегда в подобных случаях, наводит на всякие размышления — о конкретно этой истории до глобально, а как оно вообще в этом мире происходит? Таких случаев ведь немало случается в разных странах... Не про все становится известно... Видимо, принцип подготовки к нелегким условиям реального боя примерно одинаков? Я не сильна в этом вопросе, но по-моему основная вина все-таки лежит на тех, кто допустил этого мальчика к учениям, или вообще в принципе в это подразделение... Ошибка ужасная, но как 100%-но не ошибаться???

  2. Helena:

    Что тут скажешь? В эпоху гуманизма, высшей ценностью провозглашена жизнь человека. А на деле?

    Армия, как социальный институт, во все времена и во всех странах, призвана защищать безопасность страны от внешней агрессии. Военнослужащие должны быть готовы заплатить своей жизнью за жизнь своих мирных сограждан. И основная задача офицеров — научить личный состав «тому, что нужно на войне». Научить быть сильным, смелым, выносливым, научить мастерски владеть оружием и техникой, не бояться боли и смерти.

    И споров, что должно быть заложено в основу боевой подготовки — ведётся немало.

    Я хочу напомнить мнение М. И. Драгомирова — крупного русского военного деятеля XIX-XX вв. Не лишнее... Он считал, что в основу боевой подготовки необходимо положить «высокогуманный, человеческий подход к солдату, позволяющий раскрыть все его природные способности и возможности». Обучение и воспитание новобранца, считал Драгомиров, необходимо «сообразовывать с его нравственным и физическим развитием. Оно должно строиться так, чтобы «новобранца обратить в солдата, т.е. специализировать, не ломая в нем человека».

    Вот. Не ломая. А его пинком...

  3. С. Комов:

    Да, и погибшего жалко, и молодого офицера... А в целом это все наводит на мысль о ценностном кризисе. Самое мощное, это конечно мнение психолога. Просто образец заученного «диагноза» никак не учитывающего реальности и именно психологических сложностeй ситуации. Много развелось таких cuistres.

    Произошла действительно ужасная ошибка. Но именно ошибка, изза многих одновременно действующих факторов. Не знаю, надо ли было в таком скучае ломать судьбу в принципе хорошего офицера...

  4. Svetlana A.:

    С одной стороны, жалко погибшего новобранца, потому что смерть его была бессмысленна. С другой стороны, армия — место, где перед людьми ставятся специфические задачи, и они должны быть готовы их выполнять в любой точке земного шара.

    Конечно, армия не санаторий, тепличные условия никому создаваться не будут, но даже у самого тренированного человеческого организма есть предел, и как минимум, обеспечение достаточного количества воды участникам тренировок — разумное действие.

    -----------------------

    Однако прелюбопытно то обстоятельство, что новость эта не была вынесена в поле обсуждения основными СМИ, насколько я поняла. Это говорит о том, что в обществе нет единой системы ценностей, несмотря на все декларации, — или что имеющаяся система ценностей не позволит вынести однозначное решение или одобрить решение, вынесенное судом?

  5. Владимир П.:

    Интересно, а почему никто не обвиняет докторов, которые допустили в Иностранный легион человека с лишним весом и слабой физподготовкой?

  6. Диана:

    Очень правильно написала Helena, но это наверное было бы слишком идеально для нашего времени. А вот Владимир задал очень правильный вопрос. Ведь в легион всегда был жесточайший психо- физический контроль. Очень тяжело объективно оценивать ситуацию.

  7. Александр:

    Да, помню этот случай. Сам из этого полка, но из другой роты...

    Об этом инциденте пытались умолчать. Даже внутри полка не разглашалось ничего.

    Что могу сказать. Безусловно, это трагедия. И всё вышеописанное — правда. Жаль парня. Не повезло. Стечение обстоятельств: и медики, допустившие к службе и место, в котором оказался и сам был слабак и с командирами неопытными — всё это вкупе обернулось смертью. Вот с одним несогласен — воду нельзя было забирать. Это реально ошибка лейтенанта. Вода в пустыне — это жизнь. В этом — нет оправдания летёхе. Много можно говорить, только толку этой демагогии. Был пацан — и нет пацана.

    A la guerre — comme à la guerre...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.