Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
четверг, 27 июля 2017
четверг, 27 июля 2017

«Убить пересмешников»

Кира САПГИР 0:02, 10 марта 2015ОбществоРаспечатать

Остроумие надо использовать
Как щит, а не как меч, ранящий других
Оскар Уайльд

Мученик еще не святой. Тем более, если для него самого нет ничего святого — на первый взгляд, конечно. Такими пересмешниками, жертвами своего сарказма, стали бедовые ребята из еженедельника «Шарли Эбдо», 7 января расстрелянные в упор фанатиками из «Аль-Каиды» в офисе журнала.

Il faut utiliser l’esprit
Comme un bouclier et non comme une arme blessant les autres
Oscar Wilde

Martyr n’est pas saint. D’autant plus si pour ce dernier, il n'y avait rien de sacré… à première vue, évidemment. Des moqueurs, victimes de leur sarcasme, c’est ce que sont devenus les copains malchanceux de l’hebdomadaire Charlie Hebdo, abattus à bout portant par les fanatiques de Al-Qaïda dans les locaux du journal.

95727065_o

Напомним вновь их имена.

-Жан Кабю, он же Кабю, 76 лет.

-Жорж Волински, он же Волынски, 80 лет.

-Стефан Шарбонье, известный как Шарб, 47 лет. Возглавлял журнал с 2009 года.

-Бернар Верлак, он же Тину, 47 лет.

-Филипп Онорэ, он же просто Онорэ, 74 лет

Преступление тогда всколыхнуло страну. Три дня спустя, 11 января 2015 г. во Франции, от Парижа до самых до окраин миллионные толпы дефилировали по улицам городов и деревень, вздымая карандаши и серо-белые листовки (работы дизайнера И. Ронсана) с надписью «Я — Шарли» на всех языках — и на русском тоже.

После страшного теракта выпуск «Шарли Эбдо» №1178 от 14 января вышел небывало высоким тиражом в 3 млн. экземпляров вместо прежних 150 тысяч. Позднее тираж был увеличен до 8 млн. — и тех не хватило. На обложке этого номера пророк Магомет держит в руках плакат с надписью : «Я — Шарли». На филактерии значится: « Tout est pardonné» («Все прощено»).

«Хара-Кири » и его команда

У «Charlie Hebdo» был предтеча — ежемесячник «Хара Кири», открывшийся в 1960-м с подзаголовком «злой и глупый журнал»: так его окрестили отцы-основатели — «черные юмористы» Франсуа Каванна и Профессор Шорон.

Команда «Хара-Кири» состояла из когорты талантливейших карикатуристов. Там начинали трудиться Кабю, Волински, Жебе, Сине, снайпер политической карикатуры голландец Виллем, звезда черного абсурда, гениальный Ролан Топор. Почти все они оказались впоследствии в редакции «Шарли Эбдо» — после закрытия «Хара Кири» в 1970 г. Причиной опалы журнала стала скандальная заметка по поводу смерти Генерала де Голля (ноябрь 1970-го). В рубрике «мелкие происшествия» там значилось: «Трагический бал в Коломбе: 1 погибший». (NB. Коломбе – местожительство Де Голля.). Заметку сочли апофеозом цинизма, и «злой и глупый журнал» запретили. После чего, в том же 1970-м, эстафету принял еженедельник «Шарли Эбдо» , названный так в «честь» Шарля де Голля...

Все же «Хара-Кири» отличался от «Шарли Эбдо». «Черный» юмор — мрачный, цианисто-циничный, сменила ангажированная карикатура. Эти два вида сатиры надо разделять. Первый следует средневековой площадной, «балаганной» традиции. А у политической карикатуры контекст социально-прагматический. Не шутка, а сарказм. Не фаблио, а памфлет.

Сегодня, как вчера и всегда, в газетных киосках вновь — свежий выпуск еженедельника под № 1179. Тираж, правда, не такой крупный в сравнении с предыдущим выпуском от 14 января, непосредственно после кровавой расправы. Он составил «всего» 2,5 миллиона экземпляров.

На кроваво-красной обложке нового номера знакомые все лица. Рисовальщик Люз (Luz) поместил там, конечно же, Марин Ле Пен, Николя Саркози с примкнувшим Римским папой. Возглавляет «свору» черный пес-джихадист с калашниковым в пасти. От них удирает во всю прыть беленькая собачка со свернутым в трубочку номером «Шарли Эбдо» в зубах. Подпись гласит: «Это снова мы!» (Заметим, что Люс обожает рисовать собак.)

И далее везде: процесс Стросс-Кана, экология, церковь, Греция, грипп, ну и т. д. Вот только среди любимых героев «Шарли Эбдо» блистает отсутствием... пророк Магомет. Отчего бы это? Уж не потому ли, что куда проще и менее рискованно нападать не на имамов, а на кюре?

А в строю рисовальщиков уже новые имена. Поредевшие ряды дерзнули пополнить знаменитый алжирский карикатурист 47-летний Али Дилем и 70-летний Рене Петийон.

Али Дилему в отваге не откажешь. Во время войны в Алжире (1991—2002 гг.) за политические карикатуры ему грозили смертью исламистские группировки. А в 2004 г. он приговорен к смерти фатвой, распространенной во всех мечетях Алжира. Дилем — один из основателей организации «Карикатуристы за мир», лауреат премий «Репортеры без границ», «За смелость в политической карикатуре» (Денвер, США)... и т. д.

Другой «новенький», Рене Петийон рисует политические карикатуры для сатирического органа «Le Canard enchaîné» («Скованная утка»). Он — создатель серии комиксов, где главный герой, горе-детектив Жак Паломер, — его карикатурный автопортрет. Вошел Петийон в редакцию «Шарли Эбдо» временно — «чтобы помочь ребятам».

Все вроде бы идет своим ходом. Вот только ажиотажа в связи с появлением нового «Шарли Эбдо» во Франции уже не наблюдается. Ничего не поделаешь. Сенсация, увы, вещь скоропортящаяся.

«Charli Hebdo... netsk»

...И все-таки «Шарли Эбдо» в своем репертуаре! Сегодня он «анти-герой» российских СМИ. На страницах нового номера еженедельник опубликовал карикатуру, которую назвал «мерзостью» взбешенный председатель Комитета Госдумы по международным делам Алексей Пушков.

Карикатура посвящена перемирию в Донецке после подписания Минских соглашений. Там, на фоне руин, беседуют трое мужчин и одна женщина. Надпись гласит: «Прекращение огня в Донецке? Вот скучища! А не сорганизовать ли чего-то с карикатуристами?»

«Вот он, беззаботный, своеобразный и, главное, сострадательный "юмор!» — бушуют российские блогеры на вспаханных полосах Фейсбука.

***

Имеют ли право журналисты (карикатуристы, в частности) свободно высказывать свое мнение? Конечно, имеют. Нужно ли было покарать мерзавцев, устроивших бойню в «Шарли Эбдо»? Без всякого сомнения. Однако у трагедии, разыгравшейся в Париже, есть другой аспект – намного менее очевидный.

Когда журналист, в том числе карикатурист, борется с тоталитарным режимом, с коррупцией чиновничества или с безнаказанными преступлениями власть имущих, он часто рискует своей жизнью.

Но с карикатурами на религиозные темы дело обстоит несколько иначе. И пересмешникам, в том числе из «Шарли Эбдо», важно понять: простой человек верует, потому что вера помогает ему жить. В вопросах веры он вообще не рассуждает, а насмешку воспринимает как кощунство.

Все же карикатура на Донецк в «Шарли Эбдо» — не глумление над трагедией, а ирония.

Что же до юмора — пусть будет белым, черным, ёрным, даже серным — лишь бы не серым!

Rappelons à nouveau leurs noms :

-Jean Cabut, dit Cabu, 76 ans

-Georges Wolinski, dit Wolinski, 80 ans

-Stephane Charbonnier, connu sous le nom de Charb, 47 ans. Il dirigeait le journal depuis 2009.

-Bernard Verlhac, dit Tignous, 47 ans

-Philippe Honoré, dit simplement Honoré, 74 ans

Cet acte avait soulevé le pays. Trois jours plus tard, le 11 janvier 2015 en France, de Paris jusqu’аux provinces des quatre coins du pays, de vastes foules avaient défilé dans les rues des villes et villages, agitant des crayons et des pancartes noir et blanc (logo du designer Joachim Roncin) avec l’inscription « Je suis Charlie » dans toutes les langues, y compris en russe.

Après ce terrible attentat l’édition de « Charlie Hebdo » N°1178 du 14 janvier avait connu un tirage sans précédent avec 3 millions d’exemplaires contre 150 000 auparavant. Par la suite le tirage avait été porté à 8 millions d’exemplaires, ce qui là encore ne sut pallier la demande. Sur la couverture de ce numéro le prophète Mahomet tient en main une pancarte portant l’inscription « Je suis Charlie » surmonté du message « Tout est pardonné ».

« Hara Kiri » et son équipe

Charlie Hebdo avait un précurseur, le mensuel « Hara Kiri », fondé en 1960 sous l’appellation de « journal bête et méchant » : c’est ainsi que l’avait baptisé les pères fondateurs, les « humoristes noirs » François Cavanna et le professeur Choron. L’équipe de Hara Kiri comptait une cohorte de caricaturistes parmi les plus talentueux. C’est là qu’ont commencé à travailler Cabu, Wolinski, Gébé, Siné, le hollandais Willem, sniper de la caricature politique, le génial Roland Topor, étoile de l’absurde noir. Presque tous se sont retrouvés par la suite dans la rédaction de Charlie Hebdo après la fermeture de Hara Kiri en 1970. Le journal tomba en disgrâce à la suite d’une allusion scandaleuse à la mort du général De Gaulle en novembre 1970. Dans la rubrique « faits divers » on pouvait lire : « Bal tragique à Colombey. Un mort » (ndlr: Colombey était le lieu de résidence de De Gaulle). On considéra l’allusion comme l’apothéose du cynisme et le « journal bête et méchant » fut interdit. A la suite de quoi, cette même année 1970, le quotidien « Charlie Hebdo » reprit l’estafette, appelée ainsi en « hommage » à Charles de Gaulle…

Mais il existait tout de même une différence entre Hara Kiri et Charlie Hebdo. Lа caricature engagée remplaça l’humour « noir », sombre, cynique et acide. Il faut différencier ces deux types de satires. La première poursuit une tradition médiévale, jugée vulgaire, la farce. Alors que la satire politique a un contexte socio-pragmatique. Elle n’est pas une plaisanterie, mais un sarcasme. Pas un fabliau, mais un pamphlet.

Aujourd’hui, comme toujours, la nouvelle édition de l’hebdomadaire se trouve de nouveau dans les kiosques à journaux sous le n° 1179. Le tirage, il est vrai, n’est pas si important, comparé à la précédente édition du 14 janvier, au lendemain du massacre. Il atteint un tirage de « seulement » 2, 5 millions d’exemplaires.

Sur la couverture rouge sang du nouveau numéro s’affichent des visages connus. Le dessinateur Luz y a réunit, bien sûr, Marine le Pen et Nicolas Sarkozy au côté du pape. Un chien-djihadiste noir, kalachnikov dans la gueule, dirige la « bande », dont s’échappe à toute vitesse un chien blanc, un exemplaire roulé de Charlie Hebdo fourré entre les dents. « C’est reparti ! », est-il écrit en légende. (Remarquons que Luz adore dessiner des chiens.)

Et plus loin, en vrac: le procès Strauss-Kahn, l’écologie, l’église, la Grèce, la grippe, et ainsi de suite. Mais voilà que parmi les héros favoris de Charlie Hebdo, brille par son absence…le prophète Mahomet. Comment cela ? N’est-ce pas parce qu’il est plus facile et moins risqué d’attaquer un curé qu’un imam ?

Parmi les dessinateurs de nouveaux noms ont déjà fait leur apparition. Le célèbre caricaturiste algérien Ali Dilem et le septuagénaire René Pétillon ont résolu de rejoindre les rangs décimés.

Ce n’est pas le courage qui manque à Ali Dilem. Pendant la guerre en Algérie (1991—2002) il a subi les menaces de morts de groupes islamistes pour ses caricatures politiques. Mais en 2004 il est condamné à mort par une fatwa, étendue à toutes les mosquées du pays. Dilem est entre autre l’un des fondateurs de l’organisation « Caricaturistes pour la paix », lauréat du prix « Reporters sans frontières », « pour son courage dans la caricature politique » (Denver, États-Unis).

Autre « nouveau », René Pétillon dessine des caricatures politiques pour le journal satirique « Le Canard Enchaîné ». Il est le fondateur d’une série de bandes dessinées où le héros principal, le détective-catastrophe Jack Palmer n’est autre que son autoportrait caricatural. Pétillon à intégré l’équipe de Charlie Hebdo provisoirement « pour aider les copains ».

Tout semble suivre son cours. Seulement le battage médiatique autour de la parution du nouveau Charlie Hebdo ne sévit déjà plus en France. Rien à faire. Chose périssable que les sensations, hélas.

« Charli Hebdo….netsk »

Et pour autant Charlie Hebdo est dans son répertoire. Il est aujourd’hui l’anti-héros des média russes. Sur les pages du nouveau numéro l’hebdomadaire a publié une caricature, qualifiée d’abomination par le président de la Commission des Affaires Étrangères à la Douma Aleksei Pouchkov, qu’elle a rendu furieux.

La caricature est dédiée à la trêve dans la région de Donetsk suite à la signature des accords de Minsk. Y sont représentés, sur fond de ruines, trois hommes et une femme en train de discuter. On peut lire en légende « Cessez-le-feu à Donetsk ? Quelle barbe ! On ne s’organiserait pas quelque chose avec les caricaturistes ? »

« Le voilà cet humour, incident, original et surtout compassionnel ! », tempêtent les blogueurs russes sur les pages « labourées » de Facebook.

***

Les journalistes (les caricaturistes en particulier) ont-ils le droit d’exprimer librement leur avis ? Evidemment. Fallait-il châtier les misérables qui ont commis le massacre dans Charlie Hebdo ? Sans aucun doute. Cependant, la tragédie qui s’est déroulée à Paris revêt un autre aspect, bien moins évident.

Quand un journaliste, un caricaturiste en particulier, lutte avec un régime totalitaire, la corruption des bureaucrates ou les crimes impunis des personnes au pouvoir, il risque souvent sa vie.

Mais avec les caricatures sur des sujets religieux il en va autrement. Il est important que les railleurs, entre autre de Charlie Hebdo, comprennent, qu’un homme lambda croit, parce que cette foi l’aide à vivre. Il ne raisonne pas quand il s’agit de religion, mais interprète toute moquerie comme un blasphème.

Quoi qu’il en soit, la caricature sur Donetsk dans Charlie Hebdo n’est pas une raillerie sur la tragédie, elle ressort de l’ironie.

Quant à l’humour, puisse-t-il être blanc, noir, sombre, voire sulfureux, puisse-t-il seulement se garder de l’insipidité !

7 комментариев

  1. Никита Брусков (Гавр):

    Мне кажется, что в связи с Донецком карикатуристы подчеркнули несоизмеримость того, что произошло там, с тем, что случилоь в Париже. Не глумление, а сочувствие.

  2. я - чарли:

    Дорогая оедакция! В Charlie Hebdo высмеивались все мировые религии вместе с политическими лидерами,причем для них неприкасаемых нет. Достается всем.

    «Тяжело быть любимым идиотами». Мухаммед на обложке журнала в 2006 году

    Если Мухаммед вернется. Стоящий на коленях Мухаммед говорит: «Я пророк, кретинк». «Заткнись, неверный», — шипит на него террорист.

    «Сделаю все, чтобы привлечь клиентов». Карикатура Charlie Hebdo на папу римского Франциска. «Папа из Рио»

    Против Олланда

    О. не без интереса следит за ситуацией на пляже и помечает: «Утонул. Утонула. Утонул, Утонула».

    (Олланд следит за тем, правильно ли тонут французы.

    Не мог пройти журнал и мимо патриарха Кирилла.

    «Чтобы атаковать пусиков-панкушечек нужны яйца», говорит патриар ( Карикатура посвящена делу Pussy Riot)

  3. Ours:

    «блистает отсутствием… пророк Магомет. Отчего бы это? Уж не потому ли, что куда проще и менее рискованно нападать не на имамов, а на кюре?»

    Насколько я понимаю, автора глубоко огорчает, что «Шарли Эбдо» отнюдь не в каждом номере смеется над Магометом. Ну, а после этого дружеского укуса редакции, автор пишет поистине пророческую фразу: «...вера помогает ему жить. В вопросах веры он вообще не рассуждает, а насмешку воспринимает как кощунство». Истинно так. Как я уже писал: Вперед, в Средневековье!!! Вот уже и в России начали запрещать произведения искусства, кои религии противоречат: посмотрите склоку вокруг оперы Вагнера «Тангейзер» в Новосибирском академическом театре оперы и балета. А Совет по правам человека не нашел ничего лучшего, как выступить против... нет, нет, не священнослужителей, попытавшихся запретить оперу, а... режиссера. Так что «Шарли Эбдо» — один из немногих островков свободы в этом наваливающемся с фантастической скоростью обскурантизме – от уничтожения ассирийских статуй в Сирии до запрещения спектакля в Сибири, от расстрела редакции в Париже до... (следующее событие ждать не заставит). А еще на это наваливается желание политических игроков использовать религиозные покровы, чтобы скрыть реальные причины и заказчиков, как с Немцовым. Ждем дальше...

  4. Ours:

    Господа читатели, уважаемая редакция!

    Месяца три назад я получил самый большой приз за выступления на “Русоче”: по всей видимости, нашелся хакер, который сумел на сервере поставить блокировку на мою фамилию «Bear». Причем повторялось не только с моего, но и с других компьютеров, как правило, на втором письме. Найти блокировку на сайте не удалось, и в течении этих месяцев я был вынужден пересылать свои комментарии через редакцию. ЭТО ЧЕСТЬ! Польщен. А сейчас я вдруг решил воспользоваться не своей фамилией, а именем (напоминаю, что во время «Крымской» дискуссии я был вынужден раскрыть свое инкогнито – Ours Mikhaïlovitch Bear) и все прошло без сучка, без задоринки. Так что теперь, уважаемые господа, вы будете дискутировать с Ours, пока и его не заблокируют. Искренне ваш Bear

  5. ККК:

    А что если Немцовувс все же мстили за сочувствие «Чарли»?

    С одной стороны, абсурд. С другой все в этой истории абсурдно и при полном отсутствии логики, доступной цивилизлванным людям.

    За мудрую статью спасибо

  6. Roksolana:

    Есть древний китайский афоризм-Бойся кого-то обидеть... Я его слышала с детства и требовала это от себя-поэтому вокруг меня не было конфликтов и обиженных...

  7. Дональ Д. Урсу:

    Такзначит, за Шарли крайний Урс? Поздравляю!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.