Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
пятница, 21 июля 2017
пятница, 21 июля 2017

Сексуальный скандал в школе

Екатерина ГАДАЛЬ 0:25, 30 марта 2015ОбществоРаспечатать
«Можем ли мы спокойно отправлять наших детей в школу? Можем ли мы доверять людям, работающим в детских учебных заведениях» — такими вопросами задаются родители–французы в последние дни. Это происходит после обнародования «сексуального скандала» в городе Вилльфонтен, где директор школы, 45-летний мужчина, обвиняется в педофилии. Наиболее шокирующее в этой ситуации то, что в 2008 году у него не только была выявлена склонность к педофилии, но и он был осужден за это условно.
« Peut-on sereinement envoyer nos enfants à l’école ? Peut-on faire confiance aux gens travaillant dans les établissements scolaires ? Ce sont ces questions que se posent aujourd’hui les parents français. En cause, la révélation d’un scandale pédophile dans la ville de Villefontaine, où l'accusé est un directeur d'école de 45 ans. Ce qui choque le plus dans cette situation est qu’en 2008 ce dernier avait déjà manifesté des tendances pédophiles, pour lesquelles il avait même été condamné à du sursis.

©Vladimir Bazan

На сегодняшний день подано четырнадцать жалоб от родителей детей в возрасте шести–семи лет, над которыми этот нелюдь надругался в период между декабрем 2014 – мартом 2015 года. Поначалу учитель все отрицал, позднее признался в изготовлении порно снимков с использованием «служебного положения», а уже при открытии дела стало известно, что дело зашло совсем далеко. Директору грозит не менее 20 лет лишения свободы. Можно ли преподавать в школе имея судимость? Можно, при условии, что судимость «совместима с выполнением служебных обязанностей». Например, если вы совершили значительное превышение скорости, вы сможете получить работу в Национальном образовании. Чиновники от образования оправдываются тем, что у них нет полной информации о прошлом кандидатов на место в Национальном образовании: «согласно процедуре найма учитель должен предоставить форму В2, содержащую только данные о непогашенных судимостях». Только проблема в том, что в данном конкретном случае при найме его досье не было внимательно изучено. Вот факты, которыми мы обладаем. Судья оценила личность подсудимого как не представляющую опасности для общества, не наложила запрет на работу с детьми, и лишь обязала посещать психиатра, полагая, что он способен на исправление. Директор был осужден в 2008 году за просмотр и хранение картинок соответствующего содержания на 6 месяцев условно. Что означает термин «условно»? Осужденному условно дается испытательный срок в пять лет. Если в течение этого срока он преступления не совершает – судимость снимается, в противном случае наказание окажется строже, будет учтен предыдущий условный срок. В 2011 году, когда мужчину принимали на работу в качестве директора школы, прошло только три года с момента осуждения, и судимость явно не была снята. Кроме того, существует специальный файл Министерства юстиции (FIJAIS) с перечнем лиц, совершивших сексуальные и/или насильственные преступления. Возникает сразу несколько вопросов: Кто и почему принял человека с таким прошлым на работу директора в детское учебное заведение? Если бы досье было досконально изучено, этой трагедии можно было избежать. И почему судья, вынося условный срок работнику образования, одновременно не наложила ему запрет на работу с детьми, хотя бы на время непогашенной судимости?! Обычно людям с такими склонностями запрещают появляться около скопления детей, а в данном случае было разрешено с ними работать?! Ведь, это то же самое, что отправить пиромана работать в пожарную часть, очевидно, что однажды он что-то сожжет! В случае вынесения запрета на работу по профессии в подобном случае этой драмы можно было бы избежать! Никто ничего не замечал На вид он был обычный добропорядочный гражданин, говорят знавшие его люди. Супруга, прожившая с ним в браке не один год, утверждает, что поверила его объяснениям после суда в 2008 г., что их домашняя сеть компьютера не была надежно защищена, и просмотром картинок мог заниматься кто угодно. «Люди с педофильными наклонностями стремятся быть ближе к несовершеннолетним, т.е. попасть на работу в детское учебное или развлекательное учреждение», — считает Мартина Брус, президент ассоциации Голос ребенка (La Voix de l'Enfant). В течение пяти лет госпожа Брус добивается того, чтобы специальный файл министерства юстиции (FIJAIS) стал обязательным для структур, рассматривающих досье при приеме на работу с детьми. Ещё в 1997 году Сеголен Руаяль, будучи министром образования, осуждала «заговор безмолвия» вокруг сексуальных преступлений в детских учебных заведениях. Сор из избы никто выносить не захотел, и это не удивительно, ведь даже Ватикан хранил молчание несколько сотен лет.

Quatorze plaintes ont d'ores et déjà été déposées par les parents d’élèves âgés de 6 à 7 ans qui, entre décembre 2014 et mars 2015, ont été abusés par ce prédateur.

L’instituteur a d’abord nié tout ce qui lui était reproché avant de reconnaître la préparation d’un film pornographique usant de sa «position professionnelle ». Mais dès l’ouverture de la procédure, il s’avéra que les faits étaient d’une toute autre ampleur. Le directeur risque une peine de vingt ans de réclusion.

Peut-on enseigner dans un établissement scolaire, ayant fait l’objet d’une condamnation ?

On peut, à condition que la condamnation dont on a fait l’objet soit « compatible avec l’exercice de ses fonctions professionnelles ». Par exemple, si vous avez commis un dépassement de vitesse conséquent, vous pourrez travailler dans l’Education Nationale.

Les fonctionnaires de l’éducation se justifient en évoquant ne pas disposer d’information complète sur le passé des candidats à un poste dans l’Education Nationale. « Conformément à la procédure de recrutement, l’enseignant est tenu de présenter un extrait de casier judicaire (bulletin B2), qui contient les informations sur les condamnations en cours ».

Mais le problème est que, dans ce cas concret, la vérification du casier judiciaire n’a pas fait l’objet d’une attention particulière lors de l’examen du dossier.

Voici les informations portés à notre connaissance. Le juge avait évalué la personnalité du prévenu comme ne représentant pas de menace pour la société, n’avait posé aucune interdiction de travail auprès d’enfants et s’était limité à la seule obligation de voir un psychiatre, supposant que le prévenu était capable de se corriger. Le directeur avait été condamné en 2008 à six mois de prison avec sursis pour visionnage et détention d’images à caractère pédopornographique.

Que signifie l’appellation « sursis » ? Cela signifie qu’est prononcée à l’égard de la personne condamnée une peine probatoire de 5 ans dont l’exécution est conditionnelle. Si pendant cette période, aucun manquement à la loi n’est commis, la condamnation est retirée. Dans le cas contraire, la condamnation sera plus sévère, la peine conditionnelle précédente sera prise en compte.

En 2011, au moment où cet homme était engagé comme directeur d’école, il ne s’était écoulé que trois ans depuis le moment de sa condamnation et la peine conditionnelle n’avait pas été levée. Entre outre, il existe un dossier spécial au Ministère de la Justice (FIJAIS) comprenant le fichage des auteurs d’infractions sexuelles ou violentes.

Plusieurs questions viennent toute de suite à l’esprit : Qui a embauché un homme avec un tel passé au poste de directeur d’établissement scolaire ? Si ce dossier avait fait l’objet d’une attention détaillée, cette tragédie aurait pu être évitée.

Et pourquoi le juge, qui a requis une peine conditionnelle à l’égard du fonctionnaire de l’éducation, n’a pas signifié une interdiction de travailler auprès d’enfants, ne serait-ce que pendant la période du sursis ? Normalement, les gens avec de telles inclinaisons ont interdiction de se trouver à proximité des lieux fréquentés par des enfants, mais dans le cas présent il était permis de travailler avec eux ?!

En fait, ça revient à envoyer un pyromane travailler dans une caserne de pompier, un jour ou l’autre il finira par mettre le feu !

Dans ce cas précis, si l’interdiction d’exercice de sa profession avait été prononcée, un tel drame aurait pu être évité.

Personne n’avait rien remarqué

En apparence, c’était un citoyen ordinaire, respectable, disent les gens qui le connaissent. Son épouse, qui vit avec lui et avec laquelle il est marié depuis moins d’un an, affirme avoir cru ses explications suite à son procès en 2008, comme quoi le réseau domestique de l’ordinateur n’était pas bien protégé et que n’importe qui pouvait visionner les clichés en question.

Selon Martine Brousse, présidente de l’association La Voix de l’Enfant, « Les gens avec des inclinaisons pédophiles s’efforcent d’être près des mineurs, c’est-à-dire de travailler dans un établissement scolaire ou un centre de loisirs et de divertissement ».

En 1997 Ségolène Royal, alors ministre de l’éducation, avait condamné le « complot du silence » autour des crimes sexuels dans les établissements scolaires.

Personne n’a souhaité sortir le linge sale en public, et ce n’est pas étonnant, puisque même le Vatican a gardé le silence pendant plusieurs centaines d’années.

8 комментариев

  1. Svetlana A.:

    Это омерзительно.

    Надеюсь, что за рассмотрением этого дела автор статьи будет следить и дальше.

    Также очень хочется знать, какое наказание понесут те должностные лица, которые изначально не предотвратили ситуацию, разрешив ему работать с детьми, приняв его на работу.

  2. Ирина:

    К сожалению, такие ситуации возникают в разных уголках нашей планеты, странно, что в такой стране как Франция, это стало возможным. Видимо, контроль за подбором кадров ослабевает и усиливается боязнь высказывать свое мнение и давать комментарии относительно странностей в поведении людей. Педофилы, конечно, тщательно маскируются, но ведь к работе с детьми однозначно надо очень внимательно подбирать персонал. Хочется надеятся, что люди, ответственные за подбор персонала сделаю выводы.

  3. Irene:

    Мерзкая тема, не выношу сам факт наличия подобного в нашем «цивилизованном» обществе. Но раз сотни лет ничего в человеческой природе не меняется, а законы можно обойти, то как, в принципе, ответить на вопрос, а что же с этим всем делать??? И вообще, последнее время, не покидает ощущение какой-то моды на вседозволенность и «грязь»... Наверно, самое простое — воспитывать своего ребенка в полном доверии к себе, пусть не боится рассказывать, что в школе происходит, ходить и смотреть, что за люди с твоим ребенком работают и тд. Мой ребенок, слава Богу, отучился уже в школе, и я всегда была в курсе его дел, хотя для ребенка создавала ощущение его взрослости и независимости. Просто беседы по душам давно вошли в привычку. Других путей решения проблемы я пока не знаю, а полагаться на кого-то...???

  4. Bear:

    Сразу оговарюсь во избежание упреков, которые, думаю, готовы будут сорваться с клавиатуры у многих: я не защищаю этого человека – он с декабря 2014 совершал преступления, за которые должен отвечать. Но давайте посмотрим на дело с другой стороны. Сидел этот человек дома, смотрел картинки по компьютеру. Это сбрасывало его дурную энергию, и никого он не трогал. Вычислили его в 2008 г. явно по IP компьютера. Если он только пользователь, а не поставщик продукции, то данные методы правоохранительных органов вызывают большое сомнение в их законности, а если закон существует, то в его соответствии праву (в частности, праву на интимную жизнь). Ну, ладно, лишили человека возможности сбрасывать его энергию. И через 6 лет он сорвался. Вы уверены, что виноват только он, и что те, кто в 2008 вмешались в его частную жизнь лишь белые и пушистые? Думаю, что они виноваты также, как и те, кто допустил его до работы с детьми: в 2008 он не должен был иметь никаких проблем с законом по своему деянию, но лишь ограничение в том, что ему разрешили – на работу с детьми. Ведь с медицинской точки зрения гомосексуализм, педофилия, зоофилия, некрофилия, геронтофилия, фетишизм не отличаются друг от друга, но всего лишь различием объектов сексуальной направленности, не связанным с продолжением рода. А вот с юридической точки зрения они отличаются кардинально: два последних просто в правовом поле не рассматриваются (а секс игрушки еще и рекомендуются), но первое-то признано за норму! Три оставшихся остаются преступлениями, потому как за объектами страсти либо не признаются полные юридические права, либо они вообще безответны, и судящая сторона берет на себя решение за них. И ведь в борьбе с педофилией доходят до абсурда: кто помнит историю про американского пожарника, спасавшего людей 11 сентября 2001 и влюбившегося в 17-летнюю девочку? Между ними возникли отношения, а когда девочке исполнилось 18 лет, они поженились. Но информация просочилась, и бравого пожарника посадили. Маразм крепчал и кони наши быстры. Позволю еще себе напомнить старый французский фильм про школьного учителя, который в СССР шел, вроде, под названием «Профессиональный риск». Посмотрите...

  5. Екатерина Гадаль:

    Bear, сорвалось с моей клавиатуры! :)) добавлю Вам ещё один факт его биографии, в 2008 году у него умер ребёнок, и по этому поводу он не работал с 2008 по 2011 годы, но неужели это смягчает им совершенное ?! Его преступление ещё и в том, что меняется отношение к мужчине — педагогу, ничего не совершившему.

    А с другой стороны, есть люди, говорящие давайте сделаем закрытые клубы, где ...

    Bear, НО в этом случае предмет вожделения — это ребенок!

    И на это должен существовать ЗАПРЕТ, и дома и везде.

  6. Bear:

    Вот Вы и имеете преступление с таким запретом на альтертивные пути. То, что у него умер ребенок – это дополнительный шок. То, что есть люди с психическими отклонениями, связанными с направленностью полового влечения, – нам от этого никуда не деться. И не они в этом виноваты. Задача общества сделать так, чтобы они не совершали преступлений и не страдала другая сторона, в данном случае – дети (хотя здесь должны быть разумные границы, и история с пожарником – верх маразма. Уже пытаются запрещать «Ромео и Дульетту» — помните, сколько им было лет?). И если у человека выявлены такие психические отклонения, то, во-первых, он не должен иметь право работать с детьми, и, во-вторых, общество должно помочь ему снимать напряжение. Для этого достаточно канализировать просмотр детской порнографии: 1) категорически запрещать изготовление и ее свободную циркуляцию в Интернете (ее изготовление, которое калечит детей, должно являться уголовным преступлением с очень жестким наказанием); 2) Люди со склонностью к педофилии, должны быть на учете; 3) Психиатрическая служба должна иметь закрытые от посторонних сайты, право посещения которых должно даваться этим больным (И НИКТО ДРУГОЙ! Хочешь посещать – встань на учет. И то, что такой человек наедине с собой смотрит картинки – никому не мешает). Мне тут же начнут возражать, что при изготовлении этих фильмов калечатся дети. Так ведь ничего не надо изготовлять нового и никого калечить: в мире уже изготовлены сотни тысяч подобных фильмов, они просто должны быть конфискованы и использоваться в лечебных целях. С другой стороны есть анимация: это тоже группа фильмов, снимающих напряжение. Это как проституция: если вы хотите всплеска сексуальных преступлений, вы будете ее запрещать, а если хотите их снижения – возьмете под жесткий контроль, защищая женщин, которые по каким-то причинам готовы получать деньги за сексуальные услуги и выжигая каленым железом сексуальное рабство. Это возможно – Голландия тому примером (пусть и не в абсолютном варианте), где торговля телом заменена на оказание услуг.

  7. Екатерина Гадаль:

    Bear, интересно у Вас получается. Но в жизни всё сложнее: Что значит больной? Инвалид? Пенсию ему платить и пусть себе сайты смотрит! ?

    Только, я думаю, что такое положение дел, наоборот развяжет руки, т.к. снимет страх: «Мне всё можно! Я больной! Вот видите у меня справка есть!»

    А запреты литературы никогда умными не бывают, недавно хотели запретить «Колобок», кажется, из-за агрессивности произведения

  8. Bear:

    Екатерине Гадаль. Chère madame, Вы дважды в этом обмене мнениями вступали в спор, думая, что со мной, но, в действительности, с самой собой, ибо ни одно из Ваших возражений не имеет никакого отношения к моим построениям. 31 марта в 8-59: «...неужели это смягчает им совершенное ?!». А где я говорю, что что-либо смягчает им совершенное? ЕСЛИ НАЙДЕТЕ В МОЕМ ТЕКСТЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ПРОЦИТИРУЙТЕ. Я же говорил лишь о понимании того, что произошло, ибо без понимания действий и их причин не найти противодействий. У Вас же эмоции застят мозг. 31 марта в 20-05: «Что значит больной?». А где я говорю, что этот человек больной? ЕСЛИ НАЙДЕТЕ В МОЕМ ТЕКСТЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ПРОЦИТИРУЙТЕ. Ну, а дальше: «Инвалид? Пенсию ему платить...!?». Это уже чисто Ваш артефакт, в появлении которого я не повинен. Я же говорил, что речь идет о людях, «с психическими отклонениями, связанными с направленностью полового влечения», и в первом комментарии указывал, что между ними с медицинской точки зрения нет разницы, а гомосексуализм признан одной из форм нормы. Педофилия ныне отличается от гомосексуализма лишь тем, что деяния на ее основе уголовно наказуемы. В реальности, это пограничное состояние нормы. И этим людям нужна психологическая помощь, а, с какого-то момента, если загонять ситуацию вглубь, может понадобиться и психиатрическая, когда легкие, но контролируемые сдвиги перейдут в клиническое состояние. Ваш персонаж и его история – прямо классический пример для учебника психологии: как человек с легкими отклонениями, получивший шок судебным преследованием (вместо психологической помощи), по всей видимости, уже вошел в клиническое состояние. И система будет загонять его все глубже и глубже, пока не добьет. Я глубоко убежден, что вся система законодательства вокруг защиты детства, и, в т.ч. педофилии, требует кардинального пересмотра, начиная с того, что необходимо остановить надвигающуюся со Скандинавии практику внесудебного лишения родительских прав за неправильное (по мнению органов опеки) воспитания ребенка (Финляндия, Норвегия и др.). В новой истории известно только одно такое геноцидное государство – Османская империя, которая забирала неправильно воспитываемых в христианстве детей и превращала их в правильно воспитанных в мусульманской традиции янычар. Правда, тогда у родителей всегда оставалась возможность убить тех, кто пришел за их ребенком (если смогут), и бежать, спасая детей. А сейчас, убив представителя органа опеки, никуда не убежишь. Т.е., ситуация еще хуже, ибо любое сопротивление бессмысленно. Необходимо менять законодательство.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.