Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
четверг, 19 июля 2018
четверг, 19 июля 2018

Три эры одновременно

В середине мая Доминик Бромберже, журналист, в прошлом руководитель группы зарубежных новостей на первом канале французского телевидения TF1, выпустил книгу «Это — Россия (C'est ça la Russie», издательство Actes Sud»).

«Русский очевидец» побывал на презентации.

livre-bromberger1

Доминик Бромберже не первый автор, увлекшийся Россией.

До него по стране путешествовали, а потом писали романы и воспоминания Кюстин и Дюма, Арагон и Жид. Бромберже впервые посетил СССР в 1966 году, потом неоднократно ездил в Россию по заданию редакции и вот, в 2009 году в одиночку совершил путешествие от Санкт-Петербурга до Иркутска, включая Чечню.

«Россия — страна, к которой пристал набор клише, которыми и журналисты, а за ними и простые люди привыкли оперировать. В основном все сходится на том, что делает и чего не делает Путин. Наверняка, там есть еще что-то, о чем не говорят», — так сказал себе журналист и отправился в путь, причем на поезде.

Первое его открытие: эту страну не так-то просто узнать.

Испокон веков Россия хоронится от внешнего мира, а иногда и от себя самой. Знаменитый фаворит Екатерины Великой Потемкин строил образцово-показательные деревни, чтобы скрыть от императрицы нищету народа. После революции Советы продолжили дело. Писатели и путешественники, завороженные новой страной, видели только то, что им показывали, опять образцово-показательные теперь уже заводы и колхозы.

М. Пиотровский, директор Эрмитажа, так объяснил французскому журналисту российскую скрытность: на страну вечно кто-нибудь нападал — шведы, поляки, французы, немцы. Не считая военных аннексий Сталина, Россия не вела завоевательных войн и никогда не пыталась первой напасть и оккупировать. Чтобы защитить себя,

мы привыкли многое скрывать. Католический священник из Москвы тоже привел занимательный исторический факт: «Когда в XVI веке мы, Запад, открывали новые моря и континенты, Россия просто прирастала территориями».

Второе открытие: они евразийцы. «Сотни раз задавал я этот вопрос гражданам страны.  Из всей массы, может быть, десяток ответил: «Мы европейцы». От большинства я слышал одно и то же: мы — евразийцы».

bromberger-ruggero

Д.Бромберже и президент Центра зарубежной прессы в Париже Р.де Пас

У французского журналиста оказался свой оригинальный взгляд на необходимость сильной руки в российском государстве. В эпоху социализма брак заключался быстро, т.к. людям негде было встречаться; так же быстро наступал и развод, который в СССР, по сравнению с Францией, получить было раз в десять проще и быстрее. Но, как следствие, наличие  массы матерей-одиночек, которым не на кого опереться. И, естественно, француза заинтересовала фигура отца. В дореволюционной России им был батюшка-царь, в коммунистической — отец народов. Дальше интереснее: в перестроечном государстве, как видится Бромберже, Горбачев был, скорее, старшим братом. А Ельцина он окрестил «дядькой», который много пил, и оттого его  стыдились. Сегодня многие отцом называют Путина.

Еще одно замечание со стороны.

«Ленин — не столь советская, сколь русская реалия, — считает Доминик. — Возьмите Киево-Печерскую лавру, там мощи православных святых выставлены на поклонение. При Советах также «молились» на своего пророка».

Большое впечатление произвели на путешественника «мусульманские» республики — Татарстан, Башкортостан и Чечня.

Их земли ухожены, тогда как остальная Русь до сих пор живет мечтами. Но люди не горюют. Захар Прилепин, писатель, не относящий себя к активным сторонникам власти, так и сказал западному журналисту, что жил и живет среди счастливых людей.

Но чего у русских действительно не отобрать, разоткровенничался  Бромберже, так это их потрясающую креативность и изобретательность — и в науке, и в промышленности. «В новосибирском Академгородке придумали лазер, о котором Запад и не помышлял, — признался Доминик, — а все зло в бюрократии, что душит светлые идеи, да еще олигархи, которые никак не хотят раскошелиться на модернизацию страны. Но благодаря которым во Франции не случился кризис недвижимости.

И если уж мыслить глобально, то Россия, по Бромберже, проходит одновременно сквозь три эры: доиндустриальную, собственно индустриальную и постиндустриальную. И выражается этот симбиоз в сплетении старых верований и предрассудков с возрождением промышленности и созданием  высокотехнологического общества.

Елена ЯКУНИНА

Фото автора.

3 комментария

  1. Крон:

    Книгу не читал и не тянет читать, потому что, судя по вышеприведенному резюме, традиция продолжается: книги иностранных авторов о России кажутся поверхностными и наивными, хотя для французского читателя книга окажется наверно небезинтересной.

  2. Евгения:

    Приятно читать высказывания порядочного человека, который не охаивал огульно, а старался разобраться по сути. А вообще-то всегда нужно помнить -"Умом Россию не понять, простым аршином не измерить, у ней особенная стать — В Россию можно только ВЕРИТЬ!"

  3. bear:

    «У французского журналиста оказался свой оригинальный взгляд на необходимость сильной руки в российском государстве. …. И, естественно, француза заинтересовала фигура отца. В дореволюционной России им был батюшка-царь, в коммунистической — отец народов. Дальше интереснее: в перестроечном государстве, как видится Бромберже, Горбачев был, скорее, старшим братом. А Ельцина он окрестил «дядькой», который много пил, и оттого его стыдились. Сегодня многие отцом называют Путина.»

    У французского автора, мягко говоря, однобокий взгляд. Почему бы ему не посмотреть на двух французских «отцов» XX века – Петэна в 1940-44 (именно так он и изображался в изданиях и плакатах эпохи), и, затем, де Голля?

    «Ленин — не столь советская, сколь русская реалия, — считает Доминик. — Возьмите Киево-Печерскую лавру, там мощи православных святых выставлены на поклонение. При Советах также “молились” на своего пророка».

    И опять однобокость. Странно, что французу не пришло в голову зайти в собственной стране в костел, и посмотреть на реликвии, которые, правда, редко (но бывает, сам видел) представлены целиком, но зато “частицы” чудотворных мощей в ковчежцах можно найти во многих местах. Ну, а Ленин – отнюдь не русская реалия, а международная (я уже не говорю, что Бромберже в Киеве не стоило бы доказывать, что там лежат «русские» мощи). Коммунизм – это религия, распространившаяся на значительной части мира. Она отрицает Б-га как Высший разум, но признает отцов-основателей и провидцев-гениев, которые как бы являются воплощением всечеловеческой мудрости. Так собственно Б-га нет и в ряде восточных религий. И воинствующий атеизм, входивший в состав коммунистической идеологии, – это лишь вера в отсутствие Б-га. Причем со своими обрядами. Война атеизма с Б-гами других религий – характерна для любой воинствующей религиозности, отвергающей любые другие конфессии. Ну, а автору остается лишь признать Китай – Россией, ибо там тоже мощи выставлены.

    «Над Китаем небо сине –

    Меж трибун вожди косые,

    Хоть похоже на Россию,

    Только все же не Россия»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Отправить сообщение об ошибке
  1. (обязательно)
  2. (корректный e-mail)