Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
пятница, 19 июля 2019
пятница, 19 июля 2019

В Париж за коллекцией к Онегину-Отто

Тамара Приходько19:53, 13 марта 2019МненияРаспечатать

К 60-летию со дня смерти Модеста Людвиговича Гофмана, поэта, литературоведа, пушкиниста.

В конце 1922г. по поручению Российской Академии наук Модест Гофман выезжает в командировку во Францию к собирателю пушкинских рукописей и создателю в Париже пушкинского музея А.Ф. Онегину-Отто.

М.Л.Гофман

Ему удается в результате переговоров и обещанной коллекционеру Академией субсидией в 100 тысяч франков закрепить за Академией права собственности на пушкинскую коллекцию Отто.

Но вот тут-то начинается поистине детективная история, связанная с пушкинским наследием, которая определила жизненную и научную судьбу Гофмана на много лет вперед. Он напишет об этом в 1925г. в альманахе «На чужой стороне» и позже в 1955г. в Американском «Новом журнале».

Дело в том, что в конце 1922г. представитель советской власти во Франции торгпред Скобелев передал Модесту Людвиговичу письмо, которое прислала ему из Константинополя эмигрировавшая туда родная внучка Пушкина Елена Александровна Пушкина-Розенмайер.

Она предлагала купить у нее печатку поэта, портрет Натальи Николаевны и ее веер, а также упоминала о том, что у нее есть неизданный дневник поэта и другие его рукописи, которые она может передать на хранение, но с условием, что они не будут изданы до 1937г. — до столетия со дня гибели Пушкина.

Можно себе представить, в какое волнение пришел Гофман. Он вступил в переписку с Еленой Александровной и стал просить у Пушкинского Дома денег для приобретения у нее пушкинских реликвий. Но субсидии не были выделены, и, заняв денег у Онегина-Отто, Гофман отправился в Константинополь.

Он побывал в доме у внучки поэта, смог увидеть вещи, о которых она упоминала в письме, но по поводу рукописей ее решение было непреклонным – они хранятся в надежном месте и не будут обнародованы до 1937 года. Передать безвозмездно хотя бы артефакты на хранение Онегину-Отто, пока Академия не выделит ей нужную сумму, Елена Александровна также не согласилась – ей нужны были деньги на поездку в Южную Африку, где мужу предложили работу ее английские родственники, тоже потомки Пушкина.

Уехав ни с чем из Константинополя, Модест Людвигович все-таки в Петербург не вернулся, а вызвал свою семью в Париж и остался во Франции. Хотя эмигрантов при советской власти не жаловали, Академия была благодарна Гофману за удачные переговоры с Онегиным-Отто и возвращением в Пушкинский Дом после смерти коллекционера значительной части пушкинского наследия.

А Гофман продолжил свои исследования, и в Париже появилась «Вторая глава науки о Пушкине», «Пушкин. Психология творчества», «Письма А. С. Пушкина к Н. Н. Гончаровой» и многие другие труды. В то же время Модест Людвигович не оставлял надежду найти неизвестный дневник Пушкина.

Он познакомился с Сержем Лифарем и начал вместе с ним подготовку памятных мероприятий к 100-летию со дня кончины поэта. Теперь уже Лифарь, наверняка с подачи Гофмана, пустился на поиски внучки Пушкина и реликвий поэта. Неизвестный дневник и ему разыскать не удалось. А вот печатку из слоновой кости, принадлежавшую поэту (о которой писала Елена Александровна еще в 1922г.), он экспонировал в одной из витрин в парижском зале Плейель, где состоялась в 1937г. выставка памяти Пушкина. По-видимому, он все-таки встретился с внучкой поэта и приобрел у нее эти реликвии.

А вот дневник поэта, который имела в виду Пушкина-Розенмайер, до сих пор ищут пушкинисты

В 1937г. Гофман вместе с Лифарем издал письма Пушкина к Н.Н.Гончаровой, принимал участие и в подготовке выставки в зале Плейель вместе со своим сыном — Ростиславом Гофманом, который впоследствии стал музыковедом.

А внуки Модеста Людвиговича – Владимир и Андрей Гофманы – известные в наше время художники и скульпторы. Ученики Юрия Анненкова и Осипа Цадкина, они ведут активную выставочную деятельность во Франции и других странах. Часто показывают свои работы в родном городе деда – Петербурге.

В 2018г. их совместная выставка с успехом прошла в Доме русского зарубежья им. А.Солженицына (ДРЗ). Кроме того, Владимир Гофман не раз выступал в ДРЗ на конференциях, посвященных пушкинским юбилеям, рассказывал о рукописях поэта и об исследованиях своего деда, многие из которых до сих пор являются настольными книгами литературоведов.

Модест Людвигович Гофман прожил полную необычных событий и интересного общения жизнь. Он скончался в Париже 6 марта 1959 г.

 

От редакции: Андрей Гофман (творческий псевдоним Садко) скончался в декабре 2016 года.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Отправить сообщение об ошибке
  1. (обязательно)
  2. (корректный e-mail)