Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
среда, 24 января 2018
среда, 24 января 2018

Исламофобия — модный термин для манипулирования общественным сознанием?

Евгений ЗАГРЕБНОВ 0:41, 30 сентября 2013ПолитикаРаспечатать

Дебаты о «мусульманской проблеме» во Франции видоизменились.

Пять слогов (is-la-mo-pho-bie) — и французское общество раскололось на два клана. Представители одного из них говорят, что этот термин нужно вычеркнуть из словарного запаса. Другие, же наоборот, призывают называть вещи своими именами. Согласно Google, это слово обрело за последний год небывалую популярность.

Le débat sur le «problème musulman» en France a changé de nature.

Cinq syllabes (is-la-mo-pho-bie) — et la société française s'est divisée en deux camps. Le premier bannit ce mot du vocabulaire. Et le deuxième, au contraire, exhorte à appeler les choses par leur nom. Selon Google, le mot connaît une très forte popularité sur Internet depuis l'année dernière.
Le dictionnaire Larousse définit l'islamophobie comme « l'hostilité envers l'islam et les musulmans ».


169-36

Главная мечеть Парижа | Grande Mosquée de Paris © Paris Tourist Office - Photographe:Amélie Dupont


Словарь Ларусс (Larousse) определяет исламофобию как « Враждебность по отношению к исламу и мусульманам». Чем же обусловлена популярность этого слова?

Сегодня исламофобия — это симптом проблем развития современного европейского общества. Стало ясно, что иммигранты из стран, где исповедуют ислам, не спешат интегрироваться. По крайней мере, они желают разделять с коренными жителями далеко не все идеологические ценности, которые исповедует современная Европа, поскольку это противоречит их вере.

К этому добавляются и «фобии» европейцев — необоснованные опасения в отношении мусульман. Одна из этих «фобий» по своим причинам схожа с «желтой опасностью» — боязнью агрессии со стороны азиатского населения. Во Франции, как и в других европейских государствах, власти столкнулись с тем, что приехавшие из мусульманских стран мигранты образуют на «новой родине» общины, воссоздают институты и практикуют традиции, иногда противоречащие законодательству страны, в которой они находятся. При этом речи об интеграции может и не идти: община живет зачастую автономно от «новой родины». А коренные французы, чувствующие, что страна переживает в данный период кризис идентичности, опасаются, что ее институты пошатнутся под влиянием этих «новоиспеченных» граждан Франции.


Появление таких опасений в обществе приводит к недоразумениям из-за амальгамы обобщений. В связи с активной деятельностью исламских террористов в последнее время, многие стали ассоциировать мусульман живущих по соседству с экстремистами-фанатиками.


Поэтому во Франции участились нападения на мечети и на самих представителей мусульманской общины. Согласно данным, приведенным французским Центром борьбы с исламофобией, (Collectif contre l'islamophobie en France), во Франции в 2012 году было зафиксировано 469 случаев нападения на исламские центры и лиц, исповедующих ислам, на 57,4% больше, чем годом раньше.


Кому исламофобия, а кому исламофилия

Следует заметить, что освещая «исламофобские» события, французские СМИ тоже разделились на два клана. Рассказывая о случаях нападения на женщин в парандже, некоторые из них, приводя цитаты жертв, использовали сослагательное наклонение, как будто ставя под сомнение их показания. А вот заявления всех остальных участников стычки цитировались в настоящем времени.

Следуя политике своих редакций, французские журналисты, тоже были вынуждены разделиться на два клана: исламофилов и исламофобов. И хотя большинство стараются не афишировать свои взгляды, некоторые, перепрыгивая с одного клана в другой, на этом неплохо зарабатывают. Так, известный журналист Клод Асколович (Claude Askolovitch), поругавшись с главредом журнала Le Point, который в октябре прошлого года выпустил досье под названием « Cet islam sans gêne » (Ислам без комплексов), переметнулся в клан «исламофилов» и сейчас активно рекламирует среди них свою книгу Nos malaimés. Ces musulmans dont la France ne veut pas (Нелюбимые нами. Эти мусульмане, которых не хочет Франция). Поразительно, как «Аско» ловко использует «оружие врага», недоумевает его коллега по цеху Даниель Шнайдерманн (Daniel Schneidermann) в колонке на портале Arrêt sur images, который он основал. И опасаясь, что этот феномен выйдет за пределы СМИ подводит черту: «Будет ли у нас исламофильская осень?».


Дискуссия уже начала выходить за пределы СМИ и социальных сетей. В июне этого года префект департамента Валь д'Уаз (Val d'Oise) Жан-Люк Неваш (Jean-Luc Névache) после нападения на девушку в парандже, в коммюнике использовал слово исламофобия, объясняя свой выбор « просьбой населения признать этот факт ».


Недолгая семантическая игра уже принесла свои первые плоды. Слава Богу, все сошлись во мнении: политкорректная исламофобия — это не что иное, как форма бытового расизма, обусловленная опасением наступления исламского режима в светском государстве. То есть продолжение «мусульманской проблемы» — темы ношения паранджи и дискуссии вокруг мяса «халяль» в ресторанах. Однако исламофилам не стоит забывать, что и сами мусульмане могут обвинять своих противников в исламофобии. Но с обратной целью — оправдать действия, противоречащие законам этого самого светского государства.


L'islamophobie aujourd'hui — c'est le symptôme des problèmes que connaît la société européenne moderne. Les pays de l'Europe ont réalisé que les immigrés originaires des pays musulmans ne sont pas pressés de s'intégrer. Du moins, ils ne désirent pas partager les valeurs défendues par la société européenne, car certaines de ces valeurs entrent en contradiction avec leur foi et leurs traditions.

A cela s'ajoutent des « phobies », des craintes non fondées des européens par rapport aux musulmans. L'une de ces « phobies » s'est répandue pour les mêmes raisons que le fameux « péril jaune », la peur de l'agression de la part des populations asiatiques. En France, tout comme dans d'autres pays européens, les autorités sont confrontées à un même problème : les migrants originaires des pays musulmans forment des communautés dans le pays d'accueil, qui sont régies par les mêmes liens sociaux et les traditions que celles, pratiquées dans leurs pays d'origine. Les migrants ont tendance à recréer les institutions et les pratiques qui existent dans leur pays de départ, alors que ces pratiques et traditions entrent parfois en contradiction avec la législation du pays, dans lequel ils résident. L'intégration n'a donc pas lieu : la communauté vit de souvent indépendamment de la société du pays d'accueil. Et ceux qui se considèrent comme des « Français de souche », réalisant que leur pays se trouve actuellement en pleine crise identitaire, craignent que les institutions laïques françaises mises en place ne basculent sous l'influence de la culture et la religion des « nouveaux Français ».

Ce genre de craintes parmi la population conduit souvent à des amalgames. Ainsi, dans le contexte de la montée du terrorisme islamiste, nombreux étaient ceux qui ont commencé à associer les musulmans vivant dans l'immeuble d'à côté à des extrémistes fanatiques.

C'est la raison pour laquelle des attaques contre les mosquées et les membres des communautés musulmanes se sont multipliées en France. Selon les données fournies par le Collectif Contre l'islamophobie en France, 469 actes envers des institutions ou individus (musulmans) ont été recensés en France en 2012, soit une augmentation de 57,4% par rapport à l'année précédente.


Islamophobie ou islamophilie

En couvrant des actes à caractère « islamophobe », les médias français se sont également divisés en deux clans : islamophobe et islamophilie. En parlant des cas d'agression contre des jeunes femmes en burqa, certains médias utilisaient le conditionnel en citant leur propos, comme s'ils voulaient mettre en doute la crédibilité de ce que les victimes avançaient. Quant aux citations des autres personnes impliquées dans le conflit, elles étaient faites au présent.

En suivant la politique rédactionnelle de leurs employeurs, les journalistes politiques sont également obligés de prendre place dans l'un des deux clans. Et même si la majorité d'entre eux ne désirent pas afficher clairement leur position, certains, qui le disent tout haut, tirent leur bénéfice de la spéculation sur ces deux termes. C'est le cas du journaliste Claude Askolovitch, qui s'est disputé avec le rédacteur en chef du magazine Le Point, célèbre pour la publication du dossier « Cet islam sans gêne » en octobre dernier, et l'a quitté pour... se consacrer à la rédaction d'un livre qui s'intitule Nos mal-aimés. Ces musulmans dont la France ne veut pas. Le titre du livre parle de lui-même. C'est incroyable de voir comment « Asko » utilise si habilement « les armes de l'ennemi », commente perplexe son confrère Daniel Schneidermann, dans une tribune sur le site Arrêt sur images, dont il est le fondateur.  Et craignant que ce débat islamophile-islamophobe ne se déverse sur la scène politique, s'interroge : Aurons-nous « un automne islamophile ? »

Le débat commence en effet sortir au-delà des médias et des réseaux sociaux. En juin dernier, le préfet du département du Val d'Oise Jean-Luc Névache a mis le mot islamophobe dans un communiqué officiel suite à l'attaque d'une jeune fille portant la burqa. Il explique le choix du terme par « une demande de reconnaissance de la part de la population ».

Ce court jeu sémantique a déjà porté ses premiers fruits. Désormais tout le monde est d'accord : l'islamophobie est une forme de racisme, motivée par la crainte d'apparition d'un régime islamique dans un état laïque. Ce débat est donc une suite logique des polémiques sur la burqa et ou la viande halal. Toutefois il faut calmer la ferveur des islamophiles. Ils ne doivent pas oublier que les musulmans eux-mêmes peuvent crier à l'islamophobie dans un tout autre but : pour justifier des actes qui contredisent les lois d'un pays laïc. 

1 комментарий

  1. Иван:

    Выбор у Европы стоит между двумя «хуже». Либо развивать страны Азии на месте, по модели СССР, чтобы коренным жителям хорошо жилось на местах — но в свете больших финансовых проблем в Европе, не говоря уже о чисто мировоззренческой неприязни европейского мышления к такому мироустроительному подходу, этот подход взлететь не может. Либо «не пущать», и тогда похоронить идею мультикультурализма, что тоже невозможно. Первый подход, правда, присутствует в риторике США, объясняющей свои мировые военные походы, но на местах никаим развитием пока не пахнет.

    Так что пока остаётся всё как есть: хозяева уже устали уважать неуёмные аппетиты мигрантов, в то самое время, как мигранты и не думают ассимилироваться в культуру хозяев. Не выбираем ни одно из «хуже» — дело идёт к Французской исламской республике.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Отправить сообщение об ошибке
  1. (обязательно)
  2. (корректный e-mail)