Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
вторник, 22 мая 2018
вторник, 22 мая 2018

Они есть

Елена КОНДРАТЬЕВА-САЛЬГЕРО0:29, 30 октября 2012Зарубежная РоссияРаспечатать

« У нас не переводились, да и не переведутся праведные. Их только не замечают, а если стать присматриваться, они есть».

Память вновь задышит Лесковым при общении с этим человеком. Когда-то он лично всего на несколько часов приехал из Женевы во французскую тьмутаракань, дабы сотворить молитву памяти безвестных русских офицеров, построивших в хрониками забытом селении крохотную белостенную церковь. А теперь вот наши казаки опять дошли из Москвы до Фонтенбло по следам славных предков. Hа этот раз с мирными намерениями, с шутками, прибаутками и конно-песенным аккомпанементом. Чтобы отметить, помянуть и закрепить всё то, что за двести лет не забылось и ещё вспомнится. А он, Архиепископ Женевский и Западно-Европейский Михаил, хоть и родился в Париже, в миру носит фамилию Донсков. И отец его был родом из казачьей станицы Зотовской.

er2

Архиепископ Женевский и Западно-Европейский Михаил ©Е.Кондратьева-Сальгеро

В эксклюзивном интервью «Русскому очевидцу» он рассказал о том представлении о «казачестве», которым проникся с детства и которoe пронёс через жизнь.

Прежде всего он уточняет:

— «Образование получил во Франции. Воспитание — в семье».

Большинство представителей семейного окружения были именно «те ещё казаки» — с Дона, с Кубани, с Терека. Все те, кому волей-неволей, правдой-неправдой пришлось (или удалось) покинуть Россию после революции и потому — спастись.

— «Очень мало до сих пор знают об уничтожении казачества в Советской России, о декретe Ленина, одним из самых ярых исполнителей которого был Дзержинский. Складывается впечатление, что выжили, сохранив традиции, в основном те, кто оказался в эмиграции. Среди таких людей я и рос. И все люди эти были, понимаете, «с детским сердцем». По-другому и не скажешь. В самое главное верили искренне и безудержно и всех себя тому отдавали. А самое главное было нравственного порядка, для всех общее: служение. Родине, церкви, семье. Ощущали себя православными, что называется, испокон веков и на веки вечные. Люди глубоко верующие. На чужбине, после эмиграции, только и жили верой да традицией. Храмы возводили. Детей воспитывали в памяти о своём, исконном. Как могли сохраняли язык.

О казаках вообще у широкой публики лубочное представление. Очень уж живописны костюмы да обычаи. Сабля, папаха, конь. А самое основное — за картинкой. В обществе положение у них всегда было особенное, и сложились особенные люди. Звание своё осознавали как достойное наследство, передавалось которое от предков, окружением. Учились-образовывались дома и в войске. И потому с младых лет впитывали это понятие «служения» — России, русскому народу.

Сегодня, мне кажется, происходит восстановление звания — именно «звания» того истреблённого казачества, потомками которого являются вот эти нынешние воины, своим походом показавшие возрождение и укрепление традиций, невозможных без тех самых, основополагающих: Родина, церковь, семейные устои...»

Современные энциклопедии определяют архиепископа Женевского и Западно-Европейского Михаила как активного сторонника сближения Русской православной церкви за границей с Русской православной церковью Московского патриархата. Единство Русской православной церкви было официально провозглашено 5 лет назад, 17 мая 2007 года, в Москве, в храме Христа Спасителя согласно Акту о каноническом общении, подписанному патриархом Алексием и митрополитом Лавром.

— «Это формальное провозглашение, вопросы канонические. Настоящее единство было всегда, и положение РПЦ за рубежом явилось временной необходимостью. Самый ощутимый вред единству духа русского православия был нанесён во времена Второй мировой войны и хрущёвского беспредела. Но Русская православная церковь всегда была едина...»

А самые первые воспоминания от поездки в Россию, тогда ещё советскую, знаете какие? Кажется, в 1957 году в Ленинграде какой-то знакомый обещал показать «нечто», чего ни в каком «Интуристе» не покажут. Шли дворами, вжав голову в плечи, оглядываясь. Вышли вроде как в «тупичок», а там... Стоит не то ящик, не то бочка. На ней — человек. Ни старый, ни молодой. Ни весёлый, ни сердитый. Вокруг него — народу кучка. В кучке даже милиционеры, двое. Человек читает ловкие сатирические стихи про мужчин и женщин, город и деревню, партию, правительство и всеобщее равноправие. Все курят, слушают и смеются. Знакомый объясняет, что человек -диссидент, бывший ректор какого-то института, уволенный как раз за диссидентство. Поэтому ему всё равно, и он хотя бы стихи с бочки читает, а все приходят слушать. Потом другие будут читать. Милиционеры тоже слушают и смеются, потому что им нравится. Так вот они там стояли вместе со всeми, слушали и смеялись. И ничего такого. Все выжили...

И опять хочется обернуться к Лескову: «...Их только не замечают, а если стать присматриваться, они есть...»

9 комментариев

  1. Жанна Д.:

    Совершенно потрясающий Человек ! Спасибо за возможность узнать о нём побольше !

  2. А.К.:

    Отрадно, что в русском рассеянии есть такие архиереи. Спасибо автору за это краткое, но утешительное знакомство читателя с владыкой Михаилом.

  3. Нина Егорова:

    и верить, что все еще живо,"если присмотреться".

  4. Таня В.:

    Спасибо Елене!

    Как обычно — интересная встреча с интересным человеком. И сразу хочется узнать что-то ещё. О нём, о его деятельности и, вообще, покопаться в истории! Конечно, такие люди есть, мы их замечаем, пусть их будет больше!

  5. Luba:

    встреча с действительно интересным человеком. Жалко, что тот русский язык, который с таким трудом старались сохранить в эмиграции, потерялся на родине

  6. Марино:

    Воздух приграничья, воздух околозаконности, но невероятного подчинения понятиям. Это была бродящая пена вокруг России. И бандиты и пограничники в одном лице. Но бандиты в романтическом смысле. Ветер в голове, царь и Бог в душе, шапку в пол и ... Тут сейчас развели действительно жуткий «квас» вокруг казачества. Матрешки и шапки-ушанки, трудно судить, кто в действительности является «носителем языка»

  7. Елена Д.:

    Спасибо за замечательную статью! Интересно, где же теперь русского духа (духа казачества, православия) больше — в России или по заграницам, куда его вывезли эмигранты. Да и что понимать теперь под русским духом...

  8. Лена К.:

    Очень интересная, жаль краткая, история. А казаки — они есть. Даже в Москве. Пусть не с шашками, не матрешками и не с конями. Я бы сказала, что главная особенность их — стержень, который не ржавеет, не ломается. Сила духа такая, что многим нам и не снилась. Причем люди-то современные, с мобильными телефонами, телевизорами, интернетом...И не молодые уже по возрасту, а по духу — моложе, крепче, интереснее многих 20 лет... Ура!

  9. Н.К.:

    «...если стать присматриваться, они есть...» Вот так и получилось. И захотелось присмотреться...

    И удивительная по силе статья архиепископа нашлась вот здесь www.pravoslavie.ru/smi/54588.htm

    Спасибо!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Отправить сообщение об ошибке
  1. (обязательно)
  2. (корректный e-mail)