Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
суббота, 20 января 2018
суббота, 20 января 2018

«Президент не должен этого говорить». Россия и Путин глазами Олланда

Надежда Дрямина 22:59, 29 октября 2016ОбществоРаспечатать

«Наш президент — болтун», — заявила общественность в день выхода книги, которая стала итогом встреч Франсуа Олланда с двумя журналистами газеты Le Monde в 2012—2016 гг.

Для нас эта «излишняя разговорчивость» главы государства — уникальная возможность заглянуть за дипломатические кулисы и понять, какими видит французский президент сегодняшнюю Россию и ее главу, в чем причина обострения русско-французских отношений.

Deux journalistes du Monde, Gérard Davet et Fabrice Lhomme, viennent de publier les entretiens qu’ils ont eus avec François Hollande de 2012 à 2016.

L’accueil du livre par le public le jour-même de sa sortie, soit le 12 octobre dernier, fut sans appel « Notre président est un bavard. » Mais pour nous, cette « loquacité superflue » est une possibilité extraordinaire de regarder ce qui se passe derrière les coulisses diplomatiques, et de comprendre comment le président français considère de nos jours la Russie et son dirigeant. C’est aussi le moyen de saisir quelle est la cause actuelle de l’aggravation des relations franco-russes.

collage

Негодуют оппозиционеры и однопартийцы, негодуют СМИ. Колких выражений хватило на всех: от французских чиновников, до членов футбольной сборной.

В книге Жерара Давэ и Фабриса Ломма, вышедшей в свет 12 октября, Франсуа Олланд дает характеристики даже главам государств. В их числе — Владимир Путин, чье имя упомянуто на страницах книги, по меньшей мере, 80 (!) раз. Контекст сугубо геополитический. Ведь конфликты в Сирии и на Украине стали поворотными моментами в развитии российско-французских отношений.

«Я не боюсь Путина»

Рисуя словесный портрет российского президента в марте 2015 г., Олланд отмечает: Путин мечтает быть «героем Пруссии», который задается вопросом: «каково мое место в истории?». И сам же отвечает: «Ему 62. Он отработает еще один срок и уйдет, сказав «Вуаля, я поссорился с Западом, зато вернул гордость за Россию»».

Франсуа Олланд согласен с тем, что власть его российского коллеги легитимна. Он уверен, что организовав «более или менее плюралистские выборы», Путин их выиграет. Но французский президент не видит в этом признаков демократии. Не стесняясь в выражениях, он заявляет, что путинская Россия — «мнимая демократия с ограниченным плюрализмом», в которой создана «система давления, силы, страха», и остается лишь «горстка оппозиционных депутатов».

Однако хозяин Кремля, которого Олланд называет «самодержцем», не внушает ему страха. «Я его не боюсь. Я знаю, как далеко он может зайти: никогда он не переступит черту». Для него бывший работник КГБ — «рационален и последователен», а значит — «предсказуем».

«Путинский режим — это режим, имеющий целью восстановить страну, чего бы ему это ни стоило, любой ценой. Восстановить и придать ей гордость на основе истории, идеи Вечной России». Говоря о «цене» Олланд уточняет, что российский президент готов на поддержку диктаторских режимов, если речь идет о стабильности в его стране и у ее границ.

В то же время, он признает, что «Россия — не агрессивное государство», и что она «не угрожает безопасности» Франции. При этом добавляя: «Если как глава государства я должен поддерживать отношения только с безукоризненными демократами, останется не так много собеседников».

«Путин признает только силовое давление»

События на Украине и в Крыму, который, по прогнозам Франсуа Олланда, «Путин будет хранить еще долго», охладили взаимоотношения двух стран. В книге президент Франции говорит следующее: «У Путина такое оправдание: «Если бы меня там не было, русскоязычное население было бы уничтожено». Этот аргумент тоже может быть услышан, как и аргументы противоположной стороны». Олланд принял сторону Украины, но и «бросать камни» в своего русского визави тоже не стал. Он предпочел роль посредника.

В июне 2014 г. французский президент приглашает глав России и Украины на празднование 70-летия высадки союзных войск. Это была первая встреча Путина с только что избранным на пост президента Порошенко. Переговоры лидеров трех стран вместе с канцлером Германии Ангелой Меркель прошли в замке Бенувилль в Нормандии в обстановке «чрезвычайной напряженности». «Чувствовалось, что Путин вел жесткую игру. Порошенко было тяжело. Он испытывал физический страх», — вспоминает Олланд.

Тогда первая встреча в зарождающемся «нормандском формате» не принесла серьезных результатов. Но Олланд на пару с Меркель впервые усадили «славянских врагов» за стол переговоров и получили от Путина устные гарантии на мирное разрешение конфликта.
«Интерес Путина в том, чтобы показать свою дальновидность, успокоить игру, прикарманить, что уже взято, то есть Крым, и на этом остановиться, — анализирует Олланд. — Если он продвинется дальше, будет больше санкций, Украина получит оружие и вступит в НАТО». Ведь, уверен он, «Путин признает только силовое давление».
Если в украинском вопросе Олланд выполнял роль миротворца. то в Сирии дела дошли до прямой конфронтации.

«В сирийском вопросе с Путиным было трудно»

С 2012 г., когда Сирию начали раздирать гражданские войны и наступления ИГИЛ, Москва и Париж в своих спорах никак не могут прийти к общему знаменателю.
Для Франции, цитируя Олланда, сирийский президент — «мясник из Дамаска», тиран, которого нужно «нейтрализовать». Россия же и Иран — давние союзники Асада. Они ставят знак равенства между контрправительственными войсками и террористами. Тогда как французская сторона убеждена, что речь идет не о террористах, а о легитимной оппозиции, которую нужно вооружать.

«У Путина такой аргумент: "Вы собираетесь создать ту же ситуацию, что в Ливии. Вот увидите, это оружие повернется против вас же самих — пересказывает Олланд содержание беседы с российским коллегой в феврале 2013 г. < ...> Он хорош, когда начинает свое «Вы называете происходящее в Ираке и Ливии прогрессом?»». Олланд признает: аргумент веский, но парирует: «И что, теперь нужно поддерживать все диктаторские режимы?». «Я не сказал ему, что, исходя из этой логики, надо было сохранить Советский Союз. Наверняка он ответил бы, что надо было!», — иронизирует Олланд.

Но проблема русско-французских отношений не только в разнице понимания «кто свой, а кто чужой». Влияние на Ближнем Востоке — в борьбе за него главы двух стран столкнулись лоб в лоб. Олланд признает, что летом 2013 г. он готовил воздушную операцию по разгрому войск Асада. «Рафали» находились в боевой готовности. Но Елисейский дворец не получил зеленого света от Белого дома. «Они могут обойтись без нас, а мы — нет, — объясняет Олланд. — Нанести удары без США, Великобритании... Сказать: мы — Франция, мы накажем Башара Асада. Это поставит нас в затруднительное положение».

Об аннулировании операции Олланд сожалеет до сих пор. Он уверен, что это позволило России, «изгнанной после аннексии Крыма», «вернуться в игру». Кремль, по его мнению, объясняет все свои действия противостоянием «заговору американцев», как во времена «холодной войны». «Согласно Путину, речь идет о чем угодно, только не о джихадистах, фундаменталистах и исламистах. Значит, уж лучше Башар Асад, чем орда мусульман, которые дадут аргументы чеченцам и другим кавказским народам».

Несмотря на разногласия, Олланд признал в Путине «объективного союзника в борьбе с ИГИЛ». В феврале 2013 г. он объяснял это так: «Если мы хотим решить проблему с Сирией, нужно разговаривать с Путиным».
Что было дальше — мы знаем. Диалог перерос в открытое противостояние на заседаниях ООН. Что увенчалось отменой госвизита российского лидера в Париж.
К сожалению, книга не охватила этих событий, как и комментариев российской стороны. В ответ «разговорчивому» французскому президенту В. Путин предпочел тактично промолчать.

Tous sont indignés : les opposants, les membres d’un même parti et les médias. Personne n’échappe aux expressions caustiques du président : des fonctionnaires aux membres de la sélection de football, tout le monde y passe. François Hollande donne même des caractéristiques aux chefs d’Etat. Au nombre des personnalités figure bien évidemment Vladimir Poutine, dont le nom est cité pas moins de 80 fois ! Le contexte est ici foncièrement géopolitique puisque les conflits en Syrie et en Ukraine ont considérablement modifié les rapports franco-russes.

« Je ne crains pas Poutine »

En mars 2015, Hollande se livrait à une description du président russe et il disait : « Poutine se rêve en héros de la Prusse ; il s’interroge sur sa place dans l’histoire. » Et c’est François Hollande lui-même qui répondait « Il a 62 ans, il va faire encore un mandat et puis il s’en va. Il pourra dire : « Voilà, je suis fâché avec l’Occident, mais j’ai redonné dignité et fierté à la Russie. »

François Hollande admet que le pouvoir de son collègue russe est légitime. Il est certain qu’en ayant organisé « des élections plus ou moins pluralistes » Poutine les remporterait. François Hollande n’est pas dupe, pour lui, ces élections « plus ou moins pluralistes » ne sont pas un signe de démocratie. Il ne prend pas de gants pour dire ce qu’il pense, et il déclare tout net que la Russie de Poutine est « une démocratie apparente avec un pluralisme limité », une « démocratie » viciée et régie par le « système de la peur, de la pression et de la force » où il ne reste par conséquent « qu’une poignée de députés de l’opposition. »

Cependant, le maître du Kremlin, qu’Hollande nomme « l’autocrate », ne lui inspire aucune peur. « Il ne me fait pas peur. Je sais jusqu’où il veut aller, jamais au-delà d’une certaine limite. » Pour Hollande, l’ancien agent du KGB est quelqu’un de « rationnel et cohérent », et donc « prévisible ».

« Le régime Poutine c’est un régime où l’ambition, c’est le redressement de la Russie coûte que coûte, quel que soit le prix à payer. On doit redresser la Russie, lui redonner une fierté, la remettre sur ses bases historiques. C’est la Russie éternelle. » En parlant de « prix », Hollande précise que le président russe est prêt à soutenir même les régimes autocrates, les dictateurs, pour peu que cela lui garantisse une relative stabilité au sein du pays et à ses frontières.
En même temps, il reconnaît que « la Russie n’est pas une puissance agressive », et « qu’elle ne représente pas un danger pour la France ». De plus, il ajoute : « Si en tant que chef de l’Etat je ne dois entretenir des relations qu’avec d’irréprochables démocrates, je ne parlerai pas à grand monde... »

« Poutine ne comprend que les rapports de force »

La situation en Ukraine et en Crimée, que Poutine gardera encore longtemps à en croire Hollande, a refroidi les relations franco-russes. Au cours des entretiens, le président français disait aussi ceci : « Poutine est derrière tout ça, avec l’argument : « Si je n’étais pas là, les russophones seraient massacrés. » C’est un argument qui peut aussi être entendu, en face, ce ne sont pas des tendres non plus. » Hollande a certes pris le parti de l’Ukraine, mais il ne tourne pas pour autant le dos au voisin russe : il préfère endosser le rôle de médiateur.

En juin 2014, le président français conviait les dirigeants russe et ukrainien aux célébrations du 70ème anniversaire du débarquement des troupes alliées. C’était la première rencontre entre Poutine et le tout juste élu président Porochenko. La chancelière allemande Angela Merkel participait elle aussi aux négociations. Un cadre idyllique, le château de Bénouville en Normandie, pour une rencontre placée sous haute tension. Hollande se souvient : « Poutine, on sentait qu’il la jouait dure. Porochenko, on sentait que c’était difficile pour lui. Il y avait une peur physique. »

Cette première rencontre n’apporta aucune résolution aux problèmes, pour autant, Hollande et Merkel réussirent là un coup de maître : faire asseoir à la table des négociations, pour la première fois, les « ennemis slaves ». En outre, ils obtinrent de la bouche du président russe la promesse de résoudre le conflit de manière pacifique.

« Mais je pense que l’intérêt de Poutine serait d’être suffisamment clairvoyant, de calmer le jeu, d’empocher ce qu’il a déjà pris, la Crimée, et de ne pas en faire davantage, reprend Hollande. S’il en fait davantage, il aura davantage de sanctions, l’Ukraine va être armée et va entrer dans l’OTAN. » Puisqu’il est certain que « Poutine ne comprend que les rapports de force ».
Si dans l’affaire ukrainienne Hollande a pu jouer le rôle de pacificateur, il en est tout autre avec le conflit syrien : ici, on a atteint un affrontement direct entre les parties.

« Ça a été dur avec Poutine sur la Syrie »

Le conflit en Syrie dure depuis 2012, année où les guerres civiles et les attaques de l’Etat islamique ont commencé à déchirer le pays. Et depuis ce moment, Paris et Moscou ne parviennent pas à s’entendre sur l’attitude à adopter face au conflit.

Pour la France, le président syrien, ce « boucher de Damas », comme le nomme François Hollande, doit être neutralisé. La Russie et l’Iran sont les alliés d’Assad depuis fort longtemps. Pour eux, pas de différence entre les troupes opposées au régime et les terroristes. De son côté, la France estime qu’il n’est pas question ici de terroristes, mais d’une opposition légitime qu’il convient d’armer.

Hollande se souvient de sa conversation avec le président russe, en 2013 : « Poutine aurait un argument : « Vous allez vous mettre dans la même situation qu’en Libye, vous verrez, ces armes-là se retourneront contre vous... » [...] Il est assez bon quand il commence en disant : « Vous trouvez qu’en Irak, ça a été un progrès, vous pensez qu’en Libye, ça a été un progrès ? » Hollande y voit certes un argument de poids, néanmoins, il réplique aussitôt « Et qu’est-ce que cela signifie ? Que désormais il faut soutenir n’importe quel régime dictatorial ? » Puis Hollande ironise : « Je ne lui ai pas dit qu’il fallait maintenir l’Union soviétique... Cela dit, peut-être qu’il m’aurait dit oui ! »

Ceci étant, le malaise actuel des relations franco-russes ne se limite pas à cette différence d’appréciation, de savoir qui entre dans le camp des alliés, et qui fait partie du camp adverse. On assiste en fait à une lutte d’influence entre les chefs d’Etat russe et français, l’enjeu étant de savoir qui aura la mainmise sur le Proche-Orient. A l’été 2013, reconnaît désormais François Hollande, il avait programmé une opération aérienne contre les troupes d’Assad, alors en partie défaites. Les rafales étaient prêtes au combat, mais le Palais de l’Elysée n’a pas reçu le feu vert de la Maison Blanche. « C’est-à-dire qu’eux peuvent faire sans nous, en assumant ; mais nous, faire sans les Etats-Unis, sans la Grande-Bretagne, bon... Dire : on est la France, et on va punir Bachar el-Assad... On risquerait d’être un peu mis en difficulté, en interne et en externe. »

Hollande regrette l’annulation de cette opération aujourd’hui encore. Il est persuadé qu’elle aurait permis à la Russie de revenir sur le terrain, elle qui est « mise au ban depuis l’annexion de la Crimée. » A en croire François Hollande, le Kremlin agit de la sorte en réponse au « complot américain », comme du temps de la guerre froide. « Pour Poutine, c’est tout sauf les djihadistes, tout sauf les fondamentalistes, tout sauf les islamistes, donc mieux vaut Bachar el-Assad que des hordes de musulmans qui viendront donner des arguments aux Tchétchènes et aux peuples du Caucase... »

Malgré les dissensions, Hollande reconnaît en Poutine « un allié objectif dans la lutte menée contre l’Etat islamique ». En février 2013 il disait : « Si on veut régler le problème de la Syrie, il faut qu’on discute avec Poutine ». Ce qui a suivi ensuite, nous le savons que trop bien : le dialogue s’est transformé en un affrontement direct lors des séances de l’ONU.

Cette situation fut couronnée par l’annulation de la visite d’Etat de Poutine à Paris. Malheureusement, le livre ne relate pas ces événements. De même, on ne peut que regretter l’absence de tout commentaire de la partie russe. En réponse à un président français bien bavard, Poutine a joué lui la carte du mutisme.

4 комментария

  1. Востриков:

    Ну что ж. Злободневная и острая статья. Мир летит в пропасть. Кто остановит крах империй и наложит большую резолюцию на происходящее? Кто удивит нас в ближайшем будущем? Наблюдая за чехардой больших, колоритных фигур, мерцающих на экранах мониторов с частотой болотной мошкары, думаю, люди в скором времени уже отвыкнут ходить в цирк.

    Автор — умничка! Живой и понятный слог, изложенный грамотной расстановкой слов и предложений, что является редкостью в наше время. С нетерпением ожидаю дальнейших статей Автора.

  2. ПРОТОКОЛЫ СОБРАНИЙ СИОНСКИХ МУДРЕЦОВ:

    Из временного зла, которое мы вынуждены теперь совершать, произойдет добро непоколебимого правления, которое восстановит правильный ход механизма народного бытия, нарушенного либерализмом. Результат оправдывает средства. Обратим же внимание в наших планах не столько на доброе и нравственное, сколько на нужное и полезное.

  3. Ален:

    Мне кажется, что автор статьи неправильно объясняет упрек в «болтливости» Олланда со стороны французских СМИ. Насколько я смог уловить из радиопередач, его упрекали в том, что он признался, что разрешил убийства кажется 4 лидеров ИГИЛ притом внесудебных, как полагалось бы в добропорядочном государстве, то есть обычная безответственная болтовня политкорректных СМИ.

    В том что касается Путина ничего он не разболтал, умные аналисты так и представляли себе обстановку, Олланд прибавил несколько конкретных деталей или представлений, которые будут интересны будущим историкам да и нашим современникам. В этом отношении статья действительно интересна и содержательна.

  4. Н. Д.:

    Ален, спасибо большое за отзыв. Эпитет \"болтливость\" в данном случае, использовался безотносительно к той или иной теме, о которой высказывался Олланд. Это скорее общая характеристика всей книги в совокупности. И все же, Олланд был излишне разговорчив и в вопросе о Путине. Согласитесь, мало кто из глав государств не стесняется так открыто одаривать своих коллег характеристиками, особенно нелицеприятными. То есть, это по меньшей мере недипломатично. Ведь с точки зрения дипломатии, об истинных мотивах и мнениях обычно догадываются, как вы верно выразились, \"умные аналисты\", а не любой человек, купивший книгу. Но абсолютно с вами согласна, что книга имеет огромный интерес для историков и современников! Не говоря о журналистах...Лично я неустанно благодарю Олланда за эту его \"болтливость\", получила огромное удовольствие от прочтения этой книги. Надеюсь, вы тоже! Еще раз спасибо за отзыв!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Отправить сообщение об ошибке
  1. (обязательно)
  2. (корректный e-mail)