среда, 29 апреля 2026

Главная » Зарубежная РоссияРусский очевидец написал «Тотальный диктант»

среда, 29 апреля 2026

Последние отзывы

Валентина on Мода 18 века в тренде 21 столетия: “Да и ферма-то была игрушечная. Домик молочника без коров, домик рыбака с ручейком и зеркальными карпами, домик огородника с малюсенькими…” апр 28, 21:31
Игорь Воскресенский on «Жить вместе!» — акция на Конкорде: “На Конкорд пора выйти с протестом против войны с Ираном, а не развлекаться.” апр 25, 12:51
Аноним on Из династии Серебряковой: “Анастасия очень талантлива, мы учились вместе в Строгановке. И еще она невероятно милый и добрый человек. С дивной улыбкой .…” апр 25, 01:17
От редакции | La rédaction on Столичный Музей сыра: “Катя Харвууд, да, конечно — Fragonard, такой же как в Грассе” апр 21, 15:51
Катя Харвууд on Столичный Музей сыра: “Ну теперь есть мотивация снова посетить Париж ! (шутка) .А есть в Париже музей духов ?” апр 21, 15:43

Русский очевидец написал «Тотальный диктант»

Юлия РАКИТИНА 12:26, 13 апреля 2014Зарубежная РоссияРаспечатать

Вчера в Париже прошел «Тотальный диктант». Скромная акция в поддержку грамотности, придуманная новосибирскими студентами-энтузиастами, за прошедшие 11 лет завоевала весь мир.

Даже сухая статистика выглядит впечатляюще: в 2014 году «Тотальный диктант» написали более 50 тысяч человек, в 352 городах, на всех континентах, и даже в космосе: летчик-космонавт Олег Артемьев, бортинженер 39-ой экспедиции МКС, так же принял участие в акции. Кажется, быть грамотным входит в моду.

Hier à Paris s’est déroulée la « dictée totale ». Cette modeste action, soutenue par l’instruction élémentaire, a été inventée par des étudiants enthousiastes de Novossibirsk il y a onze ans et a conquis le monde entier.

Même une statistique froide semble impressionnante : en 2014 ont participé à la « dictée totale » plus de 50 000 personnes, dans 352 villes, sur tous les continents et même dans l’espace puisque le pilote-cosmonaute Oleg Artemyev, ingénieur de bord dans la 39^ème expédition de la SSI (Station Spatiale Internationale), a pris part à la dictée. Il semble que savoir lire et écrire soit à la mode.

©Julie Rakitine

В Париже диктант писали на трех площадках — в книжном магазине «Глоб», главном месте встреч русской эмиграции, в ассоциации «Франция — Урал» и в Российском центре науки и культуры. В «Глобе» текст читала знаменитый режиссер и сценарист Кира Муратова.

«Русский очевидец» сел за парту в русском книжном магазине.

Авторами текста диктанта в разные годы становились писатели национального масштаба — Дина Рубина, Захар Прилепин, Дмитрий Быков, Борис Стругацкий. В этом году автором выступил Алексей Иванов, известный по роману «Географ глобус пропил». По его словам, работа над текстом диктанта заняла два месяца.

A Paris, la dictée s’est déroulée à trois endroits : à la librairie du Globe (lieu principal de rencontre de l’émigration russe), à l’association France-Oural, et au Centre de la Russie pour la Science et la Culture. A la librairie du Globe, c’est Kira Mouratova, une célèbre réalisatrice et scénariste, qui a lu le texte de la dictée.

L’Observateur russe s’est assis derrière un pupitre dans la librairie russe.

Ce sont des écrivains à l’échelle nationale qui ont rédigé les textes de la dictée ces différentes années : Dina Roubina, Zakhar Prilepine, Dmitri Bykov, Boris Strougatski. Cette année, c’est l’auteur Alexeï Ivanov qui s’en est chargé, il est connu grâce au roman Le Géographe a bu son globe. Selon lui, le travail sur le texte de la dictée lui a pris deux mois.

©Julie Rakitine

Эссе Иванова было разделено на три части, исходя из разниц часовых поясов. Первую писали на Дальнем Востоке, вторую — на Урале и в Сибири, в том числе и на родине проекта, в Новосибирске, где текст читал сам Константин Хабенский, а третья часть досталась европейской части России и Европе. Ее и писали в Париже.

L’essai d’Ivanov était divisé en trois parties, selon les fuseaux horaires. Les premiers à écrire la dictée se trouvaient en Extrême-Orient ; les seconds dans l’Oural et en Sibérie, y compris là où est né le projet, à Novossibirsk, où Konstantin Khabensky lui-même a lu le texte ; et les troisièmes dans la partie européenne de la Russie et en Europe. Dont Paris.

©Julie Rakitine

В «Глобе» царило радостное оживление, кто-то в ожидании начала просматривал правила, кто-то общался со знакомыми — почти все пришедшие знали друг друга и обменивались новостями. «Тотальный диктант» привлек не только гуманитариев, которым всегда приятно пощеголять знаниями изящной словесности, но и русскую интеллигенцию в более широком смысле.

Двое серьезных юношей в очках, в водолазках а-ля Стив Джобс, в ожидании начала обсуждали свои кандидатские диссертации и уравнение Больцмана. Кто-то рядом спорил о «Географе», который пропил глобус, стоит ли читать, и хорош ли был Хабенский в главной роли. Когда всех опоздавших рассадили (а мест едва хватило, желающих написать диктант было очень много), наконец появилась Кира Георгиевна, встреченная аплодисментами.

Dans la librairie du Globe régnait une joyeuse animation : certains en attendant le début examinaient les règles, d’autres discutaient avec des connaissances, presque tous ceux qui étaient venus se connaissaient et échangeaient des nouvelles. La « dictée totale » a attiré non seulement des humanistes, qui trouvent toujours agréable d’étaler leurs connaissances en belles-lettres, mais aussi des intellectuels russes dans un sens plus large.

Deux adolescents sérieux qui portaient des lunettes, et des pulls à col roulé à la Steve Jobs, examinaient les thèses des candidats et l’équation de Boltzmann en attendant le début de la dictée. A côté, quelqu’un discutait du « géographe » qui avait bu son globe, de si cela valait la peine de le lire, et de si Khabensky était bon dans le rôle principal. Lorsque tous les retardataires se sont installés (il y avait à peine assez de places, ceux qui souhaitaient participer à la dictée étant nombreux), Kira Mouratova est finalement apparue, accueillie par des applaudissements.

©Julie Rakitine

Организаторы акции в Париже рассказали о правилах проведения и показали невероятно смешной ролик, рассказывающий о «Тотальном диктанте» в этом году. «Прямое включение» с МКС, где диктант собирался писать только американский астронавт, потому что русские члены экипажа слишком увлеченно праздновали День Космонавтики, вызвало гомерический смех аудитории. Равно как и знаменитая фотография спящего на открытии Олимпиады Дмитрия Медведева, с подписью «Хватит закрывать глаза на безграмотность».

Les organisateurs de l’action à Paris ont parlé des règles de réalisation et ont montré un clip incroyablement drôle sur la « dictée totale » de cette année. Le direct avec la SSI ; d’où n’a pris part à la dictée qu’un seul astronaute américain, puisque les membres de l’équipage russe avaient trop fêté la Journée de la conquête de l’Espace ; a provoqué un rire homérique dans la salle. De même que la célèbre photo de Dmitri Medvedev dormant lors de l’ouverture de l’Olympiade, avec en signature « Il suffit de fermer les yeux sur l’analphabétisme ».

©Julie Rakitine

Видеообращение Алексея Иванова наоборот было серьезным и трогательным. Алексей Викторович сказал очень правильные слова о смысле диктанта: «Тотальный диктант» это не просто способ проверки своей грамотности, это еще и акт большого гражданского звучания. Когда мы идем на «Тотальный диктант», мы словно бы говорим: мы — общество, мы — цивилизация, мы — люди, мы живем правильно, потому что мы живем по правилам. И объединяющая сила нашего общества это русский язык. Да здравствует русский язык!»

Кира Георгиевна с самого начала предупредила аудиторию, что она никогда не была учителем, и поэтому не совсем уверена в том, как правильно диктовать текст. Учитывая пунктуационную сложность диктанта, это добавило определенную сложность пишущим, которые постоянно просили повторить ту или иную часть, но то, как выразительно и душевно она читала этот и без того очень нежный и трогательный текст, с лихвой все окупало.

Сам текст «Тотального диктанта» был посвящен воспоминаниям о детстве, о поезде, в котором маленький мальчик ехал с родителями на отдых: «Наши лихие и могучие папы забрасывали на багажные полки рюкзаки с ватными спальниками и брезентовые палатки, тяжеленные, будто из листового железа, а наши наивные мамы, опасаясь, как бы дети не узнали о замыслах взрослых, шёпотом спрашивали: «А на вечер-то взяли?» Мой отец, самый сильный и весёлый, ничуть не смущаясь и даже не улыбаясь, отвечал: «Ясное дело! Буханку белого и буханку красного».

Как верно заметил Алексей Иванов, «Тотальный диктант» уже перерос свою изначальную функцию проверки грамотности. Так много людей, пишущих его за пределами родины, приходят каждый год не только и не столько для этого. В Париже это и эмигранты, по-прежнему любящие и помнящие родную речь, и студенты, изучающие такой непростой русский язык. За пределами России «Тотальный диктант» это связующее звено между русской культурой, воплощенной в русском языке, и людьми, поддерживающими связь с ней, где бы они не находились.

Au contraire, le message vidéo d’Alexeï Ivanov était sérieux et touchant. Alexeï Viktorovitch a touché des mots très justes sur le sens de cette dictée : « La « dictée totale » ce n’est pas seulement un moyen de vérifier nos compétences, mais c’est aussi un acte de grande résonnance civile. Quand nous participons à la « dictée totale » c’est comme si on se disait : nous sommes la société, nous sommes la civilisation, nous sommes des gens, nous vivons correctement parce que nous vivons selon les règles. Et la force unie de notre société c’est la langue russe. Vive la langue russe ! »

Kira Gueorguievna a prévenu la salle dès le début, qu’elle n’a jamais été professeur, et que c’est pour cela qu’elle n’est pas tout à fait sûre de comment dicter le texte correctement. Prenant en considération la complexité de la ponctuation de la dictée, cela a ajouté une certaine difficulté pour ceux qui écrivaient, qui lui demandaient sans cesse de répéter telle ou telle partie, mais comme elle lisait le texte – très tendre et très touchant — de façon expressive et sincère, tout cela était largement compensé.

Le texte même de la « dictée totale » était consacré aux souvenirs d’enfance, et du train dans lequel le petit garçon partait en vacances avec ses parents : « Nos papas costauds et puissants couvraient les compartiments à bagages de sacs à dos contenant des sacs de couchage en ouate et des tentes en grosse toile, lourds comme si ils étaient en tôle, et nos mamans naïves, craignant, comme si les enfants ne connaissaient pas les projets des adultes, demandaient en chuchotant : « Et pour un certain soir, on a pris ce qu’il fallait ? » Mon père, le plus fort et le plus gai, pas du tout confus et sans sourire, a répondu : « C’est clair ! Une miche blanche et une miche rouge ».

Comme l’a très bien fait remarquer Alexeï Ivanov, la « dictée totale » a déjà dépassé sa fonction initiale de contrôle des connaissances. Ainsi, beaucoup de personnes qui participent à la dictée en dehors de leur pays, ne viennent pas que pour cela. A Paris, ce sont des émigrants qui aiment toujours et se rappellent de leur langue maternelle, et des étudiants qui apprennent cette langue si difficile qu’est le russe. En dehors de la Russie, la « dictée totale » c’est un lien entre la culture russe, incarnée par la langue russe, et les personnes qui entretiennent ce lien avec elle, peu importe là où ils se trouvent.