С митрополитом Ставропольским и Невинномысским Кириллом, Председателем Синодального комитета по взаимодействию с казачеством, а также членом Совета по делам казачества при президенте РФ мы встретились в ходе его визита во Францию.

Митрополит Кирилл открывает выставку в РЦНК в Париже |

На прошлой неделе митрополит Кирилл открыл выставку «От Немана до Парижа. Русская кампания 1813—1814 гг.» в Российском культурном и научном центре (РКНЦ), что на парижской улице Буасьер. Как известно, в Отечественной войне 1812 года казаки принимали самое активное участие, а французы до сих пор вспоминают, как казаки, одними из первых вошедшие в Париж, разбили бивуаки на Елисейских полях.

После вернисажа «Русский очевидец» задал митрополиту несколько вопросов.

Р.О.: Владыка Кирилл, какова цель вашего визита во Францию?

М.К.: В Русской православной церкви я занимаюсь взаимодействием с казачеством. В 2010 году был создан специальный Синодальный комитет, главной целью которого является воцерковление и духовное окормление казачества. Казаки всегда были людьми православными. Три кита, на которых стоит казачество, это: казачьи традиции, православная вера и, безусловно, служение отечеству. Все казаки, включая и представителей из ближнего и дальнего зарубежья, признающие Русскую православную церковь, являются ее чадами. Неоднократно казаки Франции, Германии, США просили меня приехать к ним, провести семинары, поучаствовать в праздниках, просто пообщаться. Слава Богу, нашлось такое время, и по благословлению Святейшего патриарха Кирилла я с делегацией Синодального комитета прибыл во Францию.

Р.О.: Почему так выделяются казаки на фоне русского населения?

М.К.: В России казаки всегда были отдельным сословием. Примерно 500 лет назад казаки вошли в соприкосновение с Российской империей и стали жить на границах, потом полностью переселились в Россию и на ее границах стали заградительными войсками, которые отражали набеги кочевников с юга. Так появилось донское войско, из которого вышли все другие войска. Казаком был и Ермак Тимофеевич. Как вы знаете, он пошел в Сибирь, поэтому появились сибирские, забайкальские, иркутские, на Дальнем Востоке уссурийские войска, а также амурское и уральское. Ну и затем, конечно, кубанское войско, члены которого со своими семьями были переселены из Запорожья на Кубань, и терское войско в Ставрополе и на Кавказе. За эти столетия казачество сформировалось как сословие, тот мобильный передовой отряд, который отражал набеги кочевников. Постепенно из них стали формировать достаточно регулярные казачьи войска. В мирное время они сеяли и пахали, но в то же время постоянно находились в боевой готовности. Мы знаем, что, к сожалению, за последнее столетие через каждые 30 лет Россия вступала в войну, и поэтому казаки как регулярные войска сразу привлекались к участию в военных действиях.

В 20 – 30-х годах репрессии прошлись по казачеству страшным образом. В этом году исполняется 95 лет со дня начала казачьих репрессий, в 1919 году вышел указ о расказачивании.

Р.О.: Вы входите в Совет по делам казачества при президенте РФ. В чем причины такого особого внимания власти?

М.К.: Казачество расценивается как патриотичная сила, передовой авангард патриотов нашей страны. Казаки – часть нашего гражданского общества. Они охраняют порядок на улицах вместе с милицией, занимаются вопросами природы, охраной лесов и водоемов, стерегут границы и т.д. Но государство понимает, что казаки без веры, религиозного воспитания – не казаки, а обыкновенный фольклор. Для каждого государства такие креативные люди, как казаки, очень важны.

Сегодня в России насчитывается семь миллионов казаков (вместе с семьями), большинство из них хочет жить по своим традициям и в согласии со своей верой. Сейчас более тысячи священников окормляют казачество и наблюдается подлинное возрождение этого сословия.

Р.О.: Где в дальнем зарубежье можно встретить казаков?

М.К.: Казачество в зарубежье разное. Во Франции это потомки эмигрантов-казаков, уехавших после революции и упокоившихся на кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа. Поволожские немцы, которые переселились в Германию, как ни странно, стали ощущать себя на новом месте русскими. Начали создавать разные русскоязычные организации, в том числе основали и ассоциации казаков. В них входят молодые ребята – спортивные, трезвые, правильно политически мыслящие и беззаветно любящие Россию.

Р.О.: Вы только что открыли выставку, на которой представлены в числе прочих документов замечательные старинные гравюры, иллюстрирующие вступление казаков в Париж. Какова ваша программа на последующие два дня?

М.К.: Программа встреч замечательная. Я встречусь с казаками и с потомками казаков-эмигрантов в «Музее лейб-гвардии казачьего Его Величества полка» в Курбевуа.

На кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа отслужим панихиду по казакам. Буду служить всенощную в домовой церкви Трубецких и Осоргиных в Кламаре. И воскресную литургию в храме Трех святителей на ул. Петель

Поскольку я сам был ректором Нижегородской семинарии, поднимал ее в 1993 году с нуля и сейчас являюсь ректором Ставропольской семинарии, мне интересно посетить Свято-Сергиевское подворье и пообщаться там с профессорским составом, со студентами, посмотреть, как у них построен образовательный процесс. И рассказать им о России.