Меню

Русский очевидецL'Observateur russeФранцузская газета на русском языке

Меню
понедельник, 25 июня 2018
понедельник, 25 июня 2018

Между Гойей и Дали

Елена ЯКУНИНА0:39, 30 октября 2011КультураРаспечатать

Чтобы попасть в Прадо, кто-то экономит и собирает на поездку несколько лет. Иные разбивают копилку. Чтобы увидеть испанцев. Великих.

aff-espagne

Афиша выставки


Эль Греко, Веласкеса, Мурильо, Сурбарана, Рибера, Гойю. Последний, кстати, умер в 1828 году в изгнании в южном французском городе Бордо.

А дальше до Пикассо,  Дали, Миро — расстояние больше полувека. И где имена того периода, что иссякла земля, породившая когда-то «Золотой век» живописи? Имена, конечно, были, но стерлись в памяти народной, оставшись достоянием узких специалистов. Сейчас их вспомнили. В Париже.

Испании, надо сказать, в XIX веке пришлось нелегко. Войны, пять незаконченных революций и потеря почти всех колоний; последней каплей на излете века стала независимость Кубы и Филиппин и последовавший глубокий кризис. Нация была серьезно травмирована, и ситуация в стране не способствовала расцвету культуры.

Идти традиционным путем или приступить к модернизации — вот тот основной вопрос, который разделил страну на два лагеря. И в творчестве художников четко обозначились границы «Испании Белой», празднично воодушевленной, и «Испании Черной», погруженной во мрак и нищету. Именно так и построена выставка в парижской Оранжери.

В Риме в 1873 году открылась испанская Академия художеств, и часть художников отправилась в вечный город.

naine_zuloaga

Игнасио Сулоага "Карлица Дона Мерседес", 1887 ©RMN ©ADAGP, Paris 2011

Но уже в 1880-е годы баскские и каталонские таланты устремились в Париж. Они жили на Монмартре, в общежитии Бато- Лавуар, где сформировалась солидная колония выходцев с иберийского полуострова. Туда позже приедет молодой Пикассо. Среди них те, кто, пропитавшись духом парижской богемы, станет импрессионистом или выберет путь символизма, а позже и постимпрессионизма и кубизма. Столица предоставляла широкий выбор дорог для молодых иностранцев. Рамон Казас — в будущем законодатель модернизма в Барселоне — записался в академию Анри Жервекса. Игнасио Сулоага в общей сложности 25 лет прожил в Париже, где вначале посещал Эжена Каррьера.

В Париже учились и работали Хоакин Соролла Бастида, Гутьеррес Солана, Сантьяго Русинол, Эрмен Англада-Камараса. Работы Камараса есть в Эрмитаже и в Пушкинском музее в Москве. Он был одним из любимых художников Дягилева. Его знали в России, о нем писал журнал «Мир искусства». Мейерхольд поставил в Санкт-Петербурге спектакль «Влюбленные», навеянный картинами Камараса.

Хоакин Соролла-и-Бастида наиболее прославился в Мадриде, и теперь в его родном доме открыт музей.

halage_sorolla

Хоакин Соролла "Возвращение с рыбалки", 1894 ©RMN/Gerard Blot/H.Lewandowski

Если испанцы стремились во Францию, то последняя вовсю увлекалась старыми мастерами по ту сторону Пиренеев. Тем временем Жорж Бизе писал свою бессмертную «Кармен», Эдуард Мане бредил Веласкесом, а Курбе копировал Мурильо и Гойю.

Соролла, певец безоблачного счастья, чаще других удостаивался выставок и прочих воспоминаний. Краски и солнце Средиземного моря, которое он выделял среди другой натуры, собирали вокруг себя больше сторонников, нежели мрачная палитра описывающего тягостный быт, нищету и несчастья Игнасио Сулоага.

При осмотре картин остается непонятным только одно: как художники, сформировавшиеся и прожившие почти всю свою творческую жизнь во Франции, сумели остаться испанцами.

Музей Оранжери, Париж
Площадь Конкорд
До 9 января 2012 г.

1 комментарий

  1. Эстет:

    Я не видел парижской выставки, но знаю достаточное колличество работ Ignacio Zuloaga – художника, без сомнения, замечательного, — а посему слова о его «мрачной палитре» представляются мне преувеличением. Воспроизведенный портрет карлицы, действительно, производит тяжелое впечатление, но здесь Зулуага (Z ближе к з, но испано-американцы его проиносят как с) явно имитирует вкус испанского Золотого Века к мрачному и уродивому (за исключением великого Веласкеса). Что касается Прадо, попасть в этот музей не так трудно, но все же стоит трудов – не ради Гойи или Зурбарана, а Веласкеса и Босха.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Отправить сообщение об ошибке
  1. (обязательно)
  2. (корректный e-mail)