О мероприятиях, которые включены в план Франко-российского года культурного туризма, «Русский очевидец» рассказывает читателям довольно регулярно.
Календарно, год этот не умещается в банальные рамки. Его торжественное открытие прошло в Москве в Большом театре в апреле текущего года. Официально он продлится до 31 декабря года 2017. Но масштаб заявленной темы таков, что она с лихвой покроет и десятилетие.

На минувшей неделе в Париже побывала большая российская делегация во главе с замминистра культуры Аллой Маниловой, чтобы, в том числе, открыть двустороннюю встречу экспертов по разработке маршрутов «Русский след во Франции» и «Французский след в России».
Что касается Франции – речь о туристических направлениях по местам, связанным с проживанием и деятельностью россиян всех волн эмиграции.

«Мало стран, между которыми существовали бы такие богатые культурные связи, как между Россией и Францией. Да таких стран, наверное, нет. К тому же самая представительная русская диаспора находится, конечно, во Франции». С таких слов посла России А.К.Орлова началась двухдневная работа.

Туристическая отрасль по понятным причинам переживает сейчас не лучшие времена. Туризм – это и популяризация страны, и доходная отрасль экономики. А культура должна быть сильнее политических страстей. Как стимулировать интерес россиян к Франции и французов к России, как выйти за пределы предложений с пакетом хорошо знакомых всем символов наших двух стран? Как стимулировать молодежный туризм и возбудить эмоции к новым знаниям? Эти и другие вопросы стояли на повестке дня в Париже.

Понятно, что на встречах говорили о французских маршрутах и о русском следе в этой чудесной стране. Работа шла по секциям, которые вели директор музея «Петергоф» Е.Кальницкая, замдиректора Эрмитажа Г. Вилинбахов, директор московского Дома русского зарубежья (ДРЗ) В.Москвин, организатор русских гастрономических сезонов Н. Марзоева и директор Фонда им. Д.С.Лихачева А.Кобак.

И вот, о последней секции хочется сказать в первую очередь. На ней речь шла о Петре I во Франции.

И вроде, к чему вспоминать времена столь отдаленные?  Повод оказался важным.
Для этого стоит вспомнить, что Петр прибыл во Францию в апреле 1717 года и пробыл на ее земле почти два месяца (срок для царя, славного неуемной энергией, существенный). Но главное – до этого времени в стране никогда не было российской постоянной миссии. Т.е. временные визиты и проживания наших дипломатов имели место, но вот постоянного посольства не существовало. И только этот долгий визит Петра смог положить начало установлению дипотношений. И значит, если в архивах найдутся соответствующие документы, то в 2017 году нас ждет круглая франко-российская дата.
А мест, связанных с пребыванием царя в Париже и в его окрестностях, оказалось немало. Сохранились дневники, в которых подробно описывается чуть ли не каждый день венценосного гостя, его посещения Лувра, дворца Тюильри, участие в смотре французских конных бригад на Елисейских полях (которые тогда еще не были широким проспектом), и, конечно, Версаля, дворца в Марли, где он изучал знаменитую машину, снабжающую фонтаны королевских резиденций водой, Фонтенбло, которое не произвело на царя сильного впечатления. А в Музее армии в Инвалидах хранится подлинная шпага Петра с выгравированным его именем.

Любопытно было узнать, что Совет Европы утвердил программу, по которой работают 33 сертифицированных маршрута. Россия является участником этого проекта (читай – платит взносы), но ее территорию затрагивает лишь один маршрут и то крайне скудно. А два Великих посольства Петра I по Европе вполне могли бы превратиться в туристическое путешествие для тех, кто интересуется историей не только России, но и Европы.

От похода Наполеона, от I и II мировых войн осталось еще больше артефактов и воспоминаний. Они и в чисто французских музеях, и в единственном в зарубежье музее Лейб гвардии казачьего полка в ближайшем пригороде столицы. Память о тех временах сохраняется и на русском военном кладбище в Мурмелоне, она увековечена в скульптурных композициях, которые были открыты в Париже и в провинции, там, где шли бои.

«Русское зарубежье – по следам эмиграции» — тема настолько обширная, что может разложиться на десяток отдельных экскурсий.
Тут и русский Париж, где после революции 1917 года селились наши эмигранты, и пригороды, такие как Кламар, Ванв, Медон с православными церквами и кладбищами. Ницца на Лазурном берегу и Биарритц – на Атлантике. И еще много малоизвестных городков в центре страны и на окраинах, где еще витает дух русской истории и по которым можно совершить автобусные туристические пробеги.

«Русская богема во Франции» — также тема, обсуждавшаяся на круглом столе. Материал по ней неисчерпаем. Тропы не исхожены. В XIX веке во Франции жили Тургенев и Гоголь, приезжали Толстой и Репин. Ветер перемен XX века принес на галльские земли композиторов (Рахманинова, Метнера и Прокофьева), писателей и поэтов (Бунина, Бальмонта, Цветаеву, Ахматову), художников, которые составят позже «Парижскую школу», и чьи имена может вместить лишь увесистый том.

И конечно, ни одно путешествие не обходится без гастрономических дегустаций да и просто вкусных застолий, во время которых тоже познается история страны.

За два дня рабочими группами было выдвинуто немало дельных предложений по разработке и изданию разнообразных путеводителей. Предлагалась организация путешествий при участии русских ассоциаций, которые занимаются культурным наследием во многих городах Франции. Говорили о визовых проблемах. В.Москвин рассказал, что при ДРЗ в Москве открыта структура, специализирующаяся на туризме, связанном с розыском родных и близких в другой стране.

Словом, идей много, энтузиазм и желание налицо. Дело — за умелой организацией.