Теперь, с открытием в парижском музее Орсе выставки «Дега и обнаженная», о живописи его известно, кажется, сполна. О жизни — по-прежнему почти ничего.

Балерины и скачки — таково обычно первое знакомство с картинами Эдгара Дега. Художник, не в пример своим современникам, не увлекался работой на пленэре. И не стремился запечатлеть изменчивость природы, перемены в атмосфере, связанные с восходом солнца или набежавшим ветром. Его больше интересовали живые существа и их порывы.

Столько согнутых шей и запрокинутых голов натурщиц у других художников, наверное, не найти. Но как его обнаженные расчесывают свои роскошные шевелюры! Так, что создается полная иллюзия скольжения расчески по волосам. Это всего лишь стоп-кадр, но движение в нем просто потрясает.

"Причесывающаяся женщина", 1887-1890 ©RMN (Musée d'Orsay)

Купальщицы — второй любимый мотив Дега. В «Завтраке после купанья в ванной» грации нет никакой. Женщина не позирует, наоборот, твердо уверена, что, кроме служанки (а та не в счет), ее никто не видит. Она не выходит из ванны, а пытается вылезти, находясь на грани падения, и потому так неуклюжа ее поза, так все у нее неграциозно и крайне неловко.

Судя по количеству материала, представленного в экспозиции, манеры женщин, приводящих себя в порядок, как-то по-особенному привлекали к себе художника. Он будто специально застает их в самые невыигрышные моменты. Но эти работы не отталкивают взгляд, потому что выглядят жизненной правдой. А если к композициям присмотреться уж очень внимательно, то видно: в них нет полностью выписанных персонажей. Рука ли, нога или часть туловища — какая-то часть тела обязательно срезана, будто скрыта стеной или занавеской. И такие неполные сцены воспринимаются куда естественнее, чем «правильные». В них чувствуется привлекательная недосказанность и прелесть случайно подсмотренного эпизода. К тому же, художник любил работать пастелью, и оттого тела у него получались особенно теплыми и живыми.

"Завтрак после купания", около 1895 ©Fondation Beyeler, photo:R.Bayer, Basel

Эдгар Дега происходил из обеспеченной семьи, родился и умер в Париже, учился в самом престижном столичном лицее Людовика Великого (Lous le Grand), по завершении которого первым делом записался копиистом в Лувр. Потом поступил в Высшую школу изящных искусств. Так что, с классической подготовкой и, в частности, со штудиями нагого тела был знаком. И как надлежит писать обнаженную знал, но, судя по всему, делать так совершенно не хотел.

"Вытирающаяся", 1898 ©2011 Museum Associates/LACMA

Есть на выставке еще одна серия, которую, по понятным соображениям, музей к публикациям в прессе не представляет. Это сцены из домов терпимости. И происходят они из частных коллекций или музейных фондов. Монотипии, выполненные черными чернилами, так остры и так ярко передают будни борделей, что не всякий зритель отваживается подолгу задерживаться перед ними.

Как много скульптурных эскизов художник успел сделать, становится ясно при взгляде на большие витрины. А ведь они считались незаконченными, промежуточными вариантами. Даже в бронзе художник продолжал тему обнаженной, вытирающейся простыней или просто сидящей в корыте. И опять Дега в поиске — он лепит самые невероятные позы. И есть в зале еще одна интересная фигурка — «Маленькая четырнадцатилетняя танцовщица», но не в своей известной пачке, а нагая.

Импрессионистов чрезвычайно много оказалось за океаном. И когда американские музеи привозят в Европу то, что в XX веке было куплено богатыми меценатами и коллекционерами и осело в Соединенных Штатах, это всегда праздник. Обнаженные Дега прибыли в Париж из Канзаса, Бостона, Филадельфии, Нью-Йорка, Чикаго, Вашингтона. Собрать подобную выставку невероятно сложно.

"В ванной", 1893-1898 ©2011 AGO

Эдгар Дега не бежал от общества, напротив, его можно было встретить в ресторанах, на ужинах у друзей, в салонах, в модных кафе на Больших бульварах и, конечно, за кулисами Парижской оперы. Но о планах и прожектах он не рассказывал, а своей семьи у него не было. Молва не донесла до нас ни историй с женщинами, ни сплетен о великой тайной любви. В его мастерскую имели доступ лишь редкие знакомые, которые, кроме позирующих натурщиц, никогда и никого там не застали. Благодаря усилиям художника его частная жизнь полностью ушла за кадр.

В молодости Дега говорил, что он хотел бы стать «знаменитым и неизвестным» (illustre et inconnu). Таким он для нас и остался.